col sm md lg xl (...)
Не любите мира, ни яже в мире...
(1 Ин. 2:15)
Ветрово

Иеромонах Роман. Там моя Сербия

17 июня. С господином профессором следуем в сторону города Ниш. Переезжаем реку с коричневой водой — Великая Морава. Следы бомбежек.

Монастырь Раваница. Место захоронения царя Лазаря, погибшего на Косовом поле.

— Перед сражением ему явилась Матерь Божия, — ровно повествует профессор, — сказала, что он может выбрать или Царство Божие, или победу над турками. И он выбрал Царствие Божие. Турок было во много раз больше. Царь Лазарь и его воинство причастились и пошли на смерть.

Вот откуда силы у этого народа!

Заходим в Собор XIV века. Приложились к святым мощам царя Лазаря, сделавшего за себя и свой народ единственно правильный выбор.

…По дороге в Деспотовец — руины.

Монастырь Манассия. Средневековая крепость. Бывшее владение деспота Стефана Лазаревича — сына великомученика царя Лазаря. Стою в Соборе. Монахиня Амвросия показывает фрески начала XV века. Сохранилась очень малая часть. Далее нас ведут в зимнюю Церковь с новонаписанными фресками. Приглашают в трапезную. Пьем кофе, холодную воду с вишневым вареньем. Отец Антоний возится с машиной: отказала электроника, без умолку воет сирена. Пока его нет, пытаюсь узнать, ходит ли какой транспорт в Косово. Матушки тревожатся, советуют поехать в другой раз, когда все успокоится. Какой смысл тогда и ехать? Прошу господина профессора поддержать меня, уговорить отца Антония не бунтовать (тот благодушно кивает). Фотографируемся напоследок, тепло прощаемся.

Возвращаемся в Деспотовец. Сидим за столиком в теневой прохладе. Неделькович беседует с мэром (Родослав Рачич — он же замминистра по вере), его помощниками. Очень непринужденная беседа о жизни, вере, Апостоле Павле. Профессора здесь тоже знают, любят, по-сыновьи внимают.

Снова громыхает. Подымаемся на второй этаж дома Родослава (на первом — аптека его жены). Снова пьем кофе.

— Пора, пора, рога трубят, — возглашает наш благодушный поводырь.

Оставляю свою книгу, кассету Родославу. Кланяется, приглашает на фестиваль поэзии.

Едем в город Александровец, к бывшей студентке нашего профессора. В этом городе родился, жил генерал-полковник Балкович. Здесь нет никаких военных объектов, город бомбили, потому что это родина генерала. Всюду ужасные следы бомбежек. (Лобовые щетки не могут справиться с дождевым потоком. Плохая видимость. Водная пелена скрыла горы, поля, чуть угадывается шоссейная дорога. Неожиданно возникают и пропадают огоньки встречных машин. Мы находимся в окружении зигзагообразных молний, жутко вспарывающих мрачное небо. Одна стрела попадает в ближайший электрический столб — вырывается фонтан искр. Молча крестимся.)

При свечах сидим в доме бывшей студентки — дочери священника. Профессор Драган рассказывает, почему сербы принимали мусульманство. Если турок заходил в сербский дом, его обязаны были кормить. За то, что он трудился за столом, жвакал (жевал), хозяин ему платил. Налог жвакалица. Если турок оставался ночевать — мог выбрать любую женщину, девицу (жену хозяина, невестку, дочь). За это опозоренный серб должен был платить. Налог одрина. Если турку встречалась похоронная сербская процессия — родственник умершего (или замученного турками) также платил. Налог мертвина. Был еще налог на кровь: одного из мальчиков брали в янычары. И так — до XIX века, более 500 лет! Многие не выдерживали, принимали мусульманство. В то страшное время албанцы, приняв мусульманство, обычно становились турецкими жандармами (как у нас — полицаи в войну). Но есть среди них и православные, правда, малая часть. И живут они не в Косово, а в южных областях Албании, недалеко от Греции.

— Переплетений много, — повествует профессор, — был сербский Патриарх Макарий, так вот, брат его был главным визирем.

Думая о налогах, чувствую себя душевнобольным. Братушки сербы! Как же вы выжили?

Страницы ( 6 из 25 ): « Предыдущая1 ... 45 6 78 ... 25Следующая »

Заметки на полях

  • Спаси вас, Господи, батюшка, вот и я сегодня побывала с вами в Сербии… Хоть и прошло столько лет, впечатляет, словно это было вчера.

  • Отец Роман! Спасибо Вам за скорбь и боль о братском народе! Господь слышит молитвы своих праведников, многострадальная Сербия обретет покой!
    Храни ВАС Господи!

  • Подошедший горбун Миланко просит о нем помолиться.
    —-
    Нет уже Миланко. Умер он несколько лет назад. Как раз в день, когда его отпевали,
    мы были в Цетине. Он был долгое время как одна из визитных карточек Цетиньского монастыря. Добрый был человек.

  • О Сербия! Душа моя готова
    В дружине братской за свободу стать:
    Кто разлучит нас от Любви Христовой,
    Когда нас убивают за Христа?

    Прочитав впервые путевые заметки о Сербии, я неустанно повторяла эти строки и навсегда влюбилась в Сербию, эту удивительной красоты страну с ее замечательным народом, чудесным, мелодичным языком. Вместе с отцом Романом я побывала в каждом уголке этой страны, любовалась ее красотами: «Здравствуй, Сербия. Очень красиво! Горы, вода, буйная растительность. Возникающие частые туннели всякий раз окунают нас в первозданный Божий мир». И сердце сжималось от боли за растерзанную, поруганную красоту: бомбежки, беженцы, книга, подписанная Любицей Мелетич: «Отцу Роману – в час ужаса!» «Небо плачет над Сербией!» — восклицает отец Роман.

    Путевые заметки отца Романа — это сгусток боли и любви к мужественному народу Сербии. Удивительная страна, удивительные встречи, и всюду горе и боль. В одном из своих стихотворений отец Роман пишет: «Если б не был монахом — стал бы Русским Солдатом».

    В путевых записках о Сербии Батюшка спрашивает, как добраться до Косово, и ему отвечают: «Что вы! Вас там убьют!» Однако он отправляется в Косово, там русские православные добровольцы, есть священник, и надо их поддержать, служит в полупустых, растерзанных храмах и монастырях Сербии. Это ли не истинная христианская любовь к братьям во Христе? Это ли не истинное, непоказное мужество: «Профессор что-то говорит о русском человеке, который любит Сербию и, желая поддержать сербский народ, русских добровольцев, рискуя собой, поехал в Косово. Делаю вид, что ничего не понимаю».

    Я гляжу на великий погост,
    Исполняюсь звучаньем особым.
    Здравствуй, Косово! Я твой гость.
    Отчего же прискорбны оба?

    Этой встречи так долго ждал!
    Но прости, собирался не споро.
    И на столько веков опоздал,
    Что не умер в блаженных просторах.

    Чудо-Косово. Райская цветь.
    Что сказать мне в свое оправданье?
    Жаждал песню заздравную спеть,
    Да душа в погребальном рыданьи!

    Но напрасно злорадствует враг,
    Отымая и горы, и долы.
    Сердце Сербии, сербский стяг!
    Ты уже у Христова престола!

    Каждый раз, когда проходят в Минске православные выставки, мы спешим туда, где останавливаются сербы. Задумчиво пожилой серб перебирает струны гитары, мы подходим и вместо приветствия говорим: «Мы любим Сербию». И чудным светом любви лучатся глаза сербов в ответ на такое приветствие.

    Мы покупаем икону святой Ангелины для моей внучки Ангелины, и сербы нам дарят иконки и улыбчивыми взглядами провожают нас. А мы восхищаемся нашими братьями-христианами, перенесшими столько страданий и не утратившими любви. Мы любим тебя, Сербия! Этой любви научил нас отец Роман, как научил нас собственным примером быть стойкими и мужественными.

  • Рассматривая иногда фотографии Батюшки Романа, а их у меня около ста забито… Душа сама комментирует, здесь, что-то пишет, здесь стоит с писателем, молится за него или дает благословение. А здесь, с обложки книги- мужское, мужественное лицо , название, «Там моя Сербия.» Что человек может подумать, не читая книги, просто глядя на обложку. Ну, да, проехался батюшка по монастырям, встречался с братьми, с сестрами, провел беседы с прихожанами. Ну не на курорт же… Сербия красивая — все знают! Проходит время, все восстанавливается, и мы на время забываем, что где- то была война, гибли люди. Спасибо Оличка, наша Ольга Сергеевна, Вы наш помощник, открываете перед нами красивое, бывает и страшное, как в этот раз. Вся жизнь — в стихах и в прозе… Читаяя это повествование, у меня в голове, как молотом «зачем, зачем он туда едет, там убивают». И тут мимоходом реклама из телевизора к документальному фильму- едут со всего мира мужчины, в ДНР, помогать. Что это- братство, чувство долга! Зов! Устремленность! Любовь к Богу и ко всему, что возвышает дух!

  • Благословите отец Роман. Как и где можно купить Вашу книгу о Сербии? В Москве ее нет. Если у Вас есть лишний экземпляр, то может поделитесь?

  • Спаси Господи, Батюшка???
    Многая Благая Вам лета и всем Вашим помощникам ??
    Читая Ваши стихи сердце начинает болеть??
    Испытываешь такие переживания в Ваших стихах за нашу Родину и за Сербских братии, матушек, сестёр ???
    ??

  • Валентина, книга ещё издавалась в 2005 году в Петербурге, но её тоже нет в продаже.

Уважаемые читатели, прежде чем оставить отзыв под любым материалом на сайте «Ветрово», обратите внимание на эпиграф на главной странице. Не нужно вопреки словам евангелиста Иоанна склонять других читателей к дружбе с мiром, которая есть вражда на Бога. Мы боремся с грехом и без­нрав­ствен­ностью, с тем, что ведёт к погибели души. Если для кого-то безобразие и безнравственность стали нормой, то он ошибся дверью.

Благословенный час

Новый поэтический сборник иеромонаха Романа

Не сообразуйтеся веку сему

Новая книга прозы иеромонаха Романа

Где найти новые книги отца Романа

Список магазинов и церковных лавок