МЕНЮ

Ветрово

Сайт, посвященный творчеству иеромонаха Романа

Помощь сайту

Есть у ме­ня до­машняя коллекция старинных граммофонных пластинок. Достались они мне, вместе со всякими антикварными диковинами, от предков — бабушек и дедушек. А поскольку родственники были и «белые», и «красные», то и набор пластинок соответствовал их вкусам. В деревянном ящике серо-зеленого цвета с надписями на немецком мирно уживались пластинки времен Российской империи и Советского Союза. Загадочный ящик «Patronenkasten» был весьма символичным хранилищем оружия духовного, и было странно, как не переколотили друг дружку эти антагонисты? Ангел вопияше, Милость мира, Господи, помилуй стояли в одной связке с «Партизан Железняк», «Речь Ленина», «Кирпичики».

Смешение было настолько нелепым, что оставалось только широко раскрыть глаза и рот от удивления, разглядывая пластинку с речью Ленина, где на обратной стороне было тиснение GRAMOPHONE и пишущий ангел с гусиным пером в руке. Аккуратно вынимая пластинки, ухватился взглядом за Милость мира, хор под управлением И. И. Юхова. А рядом с этой пластинкой была другая — «Моя страна», Александр Батурин, хор п/р И. Юхова и орк. ВРК п/у А. Орлова. Мне стало любопытно, какие же произошли превращения с этим ныне забытым коллективом? Как духовный хор, исполнявший песнопения Литургии, выступавший в Соборной палате Епархиального дома, запел советские песни? Я протер патефон. Открыл крышку, и пахнуло не то ладаном, не то мёдом… На внутренней стороне крышки красовалась картинка с собачкой, слушающей музыку – His Master’s Voice. Когда я ставил пластину на диск патефона и бережно крутил ручку заводного механизма, вспомнился монолог из «Скупого рыцаря», там, где барон трепетал, вкладывая ключ в замок сундука с золотом. Ощущения у меня были, наверное, такие же. Зашелестел механизм, игла коснулась пластинки, и потекли приглушенные, таинственные голоса хора, оживая красками тембров, наполняя комнату теплом: «Господи помилуй, Господи помилуй, Господи помилуй…». Голоса мягко сочетались друг с другом, казалось, что между ними есть воздух, есть дыхание, прямые линии проведены от руки, а не прочерчены по линейке, и это придавало пению особую живость, индивидуальность. Песнопение дышало молитвой, и я тихонько стал подпевать: «Тебе поем, Тебе благословим…». Иголка зашуршала громче и побежала к центру пластинки. Заслушавшись, я не успел её поймать, и она впилась в этикетку с изображением арфистки.

Сле­ду­ю­щая плас­тин­ка, с пес­ней «Моя стра­на», лег­ла на диск па­те­фо­на. И тут уда­ри­ли мед­ные и струн­ные, и ра­дост­но-бод­рый ба­ри­тон физ­куль­тур­ни­ка чле­но­раз­дель­но гря­нул: «На све­те есть стра­на та­кая, где нет ни рабст­ва, ни оков…». Стало не­у­ют­но, на­ка­ти­ла не­объ­яс­ни­мая тос­ка, слов­но ме­ня за­став­ля­ли ве­се­лить­ся, ко­гда хо­тел­ось пла­кать. Му­зы­ка мар­ши­ро­ва­ла, от­би­вая шаг ге­о­мет­ри­чес­ки-строй­ны­ми ря­да­ми. А при сло­вах о том, что весь мир оза­ря­ет лу­ча­ми звез­да боль­ше­ви­ков, ни­че­го, кро­ме звез­ды Рем­фа­на или Ба­фо­ме­та, не пред­став­ля­лось. Ка­за­лось, что го­ло­са те же, но толь­ко чу­жие, пус­тые и крик­ли­вые. Как по­лу­чи­лось, что за­ме­ча­тель­ный хор умер…

Позже я заглянул в доступные справочники и узнал, что хор под управлением И. И. Юхова, музыканта-самородка, был создан в 1900-м году. Состоял он из рабочих Мытищинского вагонного завода и Щелковской фабрики. Этот хор по достоинству был оценен Чесноковым, Гречаниновым, Рахманиновым и другими выдающимися композиторами. После того, как Церковь оказалась в опале, хор сменил репертуар. Он исполнял не только советские песни, но и записывался в первых звуковых фильмах «Волга-Волга», «Цирк», «Веселые ребята». С тех пор он — Первый Государственный хор, а нынче Государственная Академическая хоровая капелла России им. А. А. Юрлова.

Хор как будто существует, хотя сменились поколения и репертуар, и это хорошо. Но, с другой стороны, хор умер, и имя Юхова забылось. Даже годом рождения хора назначили 1919-й, словно и не было восемнадцати лет творческого пути замечательного коллектива, словно не звучала молитва Милость мира.

Георгий Росов
Сайт «Ветрово»
10 сентября 2019

Заметки на полях

  • Редактор, , 10.09.2019 в 13:47

    Противоположностью хора Юхова был Хор донских казаков под управлением Сергея Жарова, который после революции в течение десятков лет путешествовал по всему миру, исполняя русские церковные и народные песнопения. Только у себя на родине жаровцы спеть так и не смогли: http://aquaviva.ru/journal/golos-ushedshey-rossii
    «Иголка зашуршала громче и побежала к центру пластинки. Заслушавшись, я не успел её поймать, и она впилась в этикетку с изображением арфистки». Поддерживаю негодование иголки: та ещё арфистка (см. первое изображение в тексте).

Витрина

Кни­ги иеро­мо­на­ха Ро­ма­на