col sm md lg xl (...)
Не любите мира, ни яже в мире...
(1 Ин. 2:15)
Ветрово. Ноябрь

Марина Наследникова. Русская дореформенная орфография в произведениях иеромонаха Романа

Читая и изучая сайт «Ветрово», стала обращать внимание на особенности написания некоторых слов в стихах иеромонаха Романа, в частности, слов «рускiй», «Росiя», «Росiюшка», употребление всегда только приставки без-, написание окончаний в предложном падеже.

Если б не́ был монахом — стал бы Руским Солдатом.
Это слово звучит, будто грозный набат.
В этом звуке — Победа! В этом звуке — Утрата.
Вы прислушайтесь —
                Рускiй Солдат!
(Рускiй солдат)

Не распрощаться с детством, не расстаться.
Безсмертная душа, тебе ль стареть?
(Из детства)

Сомненье – чадо маловерья.
Оно искусно в словопреньи…

Очень интересной показалась разница в написании слов «мир» и «мiр», по сути, у отца Романа это два слова с полностью противоположным значением. Мир (покой) и мiр со значением полностью противоположным, как объясняет это слово В. И. Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка»: «Жить в мiру, в мiрских заботах, в суетности; вообще в свете; противопол. жизнь духовная, монашеская». Все это побудило обратиться к теме русской дореформенной орфографии.

Для начала, определимся с терминологией. Под русской дореформенной орфографией будем понимать русскую орфографию до реформы 1917-1918 гг, когда в целях якобы упрощения и облегчения процесса обучения орфография приобрела современный вид. Как же все-таки правильно писать: дореформенная, дореволюционная или старая орфография?

Варiанты наименованiя дореволюцiонной орѳографiи: 1) дореволюцiонная, 2) дореформенная, 3) старая (если люди будутъ активно ею пользоваться сейчасъ — то она уже не такая ужъ старая, а почти современная (не употребляется въ дѣлопроизводствѣ)), 4) традицiонная. Составитель считаетъ, что послѣднее подходитъ лучше всего. (Есть еще «царская».)

(Сборник ресурсов по старой орфографии в сети http://arhivarij.narod.ru/)

Что же изменила орфографическая реформа 1917-1918 гг.?

До революции русская азбука насчитывала 35 букв, а не 33, как сейчас.

Названия русских букв до реформы азбуки: А а аз, Б б буки, В в веди, Г г глаголь, Д д добро, Е е есть, Ж ж живете, З з земля, И и иже, І і и десятери́чное, К к како, Л л люди, М м мыслете, Н н наш, О о он, П п покой, Р р рцы, С с слово, Т т твердо, У у ук, Ф ф ферт, Х х хер, Ц ц цы, Ч ч червь, Ш ш ша, Щ щ ща, Ъ ъ ер, Ы ы еры́, Ь ь ерь, Ѣ ѣ ять, Э э э, Ю ю ю, Я я я, Ѳ ѳ фита́, Ѵ ѵ и́жица.

Написания «ё» и «й» лишь формально не входили в азбуку, но употреблялись точно так же, как и сейчас. «Й» называлось «и съ краткой» и считалась гласной.

Перед гласными употреблялось Ii (и десятиричное).

Реформа 1917 года, объявленная министром просвещения Временного правительства, отменила «ять» (заменив на «е»), «фиту» (заменив на «ф»), «ижицу» и «десятеричное и» (i), заменив обе на «и» («восмеричное и»). Был также отменен немой твёрдый знак («ер») после оконечных согласных. Формы существительных и местоимений на -аго, -яго, -ыя и некоторые другие были отменены.

Только ли орфографических изменений касалась реформа?

С. Виницкий в книге «Введение в дореформенную орфографию» пишет: «Большевики, захватив власть, поддержали реформу и активно пропагандировали новую орфографию как „более доступную для народа“ и „порывающую с наследием царизма“, а старую орфографию стали называть „царской“. Это политизировало реформу и, конечно, не способствовало принятию новой орфографии русской диаспорой за рубежом».

В статье «Великіе о Дореволюціонномъ Правописаніи» приведены мнения лингвистов и ученых, писателей, поэтов и авторитетных для науки людей о вреде новой орфографии как языковой системе, так и мышлению человека, национальной культуре. Считаю эти высказывания очень важными, поэтому некоторые из них привожу полностью.

Иван Бунин, писатель: «Невежда и хам ни с того, ни с сего объявил заборную орфографию: опять покоряйся, пиши по ней! Я отвечаю: не могу, не хочу — уже хотя бы потому, что по ней написано за эти десять лет [революции] все самое низкое, подлое, злое, лживое, что только есть на земле…»

Академик Д. С. Лихачёв о «царской» орфографии (из воспоминаний Г. М. Ивановой, старшего научного сотрудника Института Истории Р.А.Н.): «…Была еще такая организация — „Космическая Академия наук“. В эту организацию входил Дмитрий Сергеевич Лихачёв, тогда — Дима Лихачёв. И для этой „Космической Академии наук“ он приготовил свой первый научный доклад „О преимуществах старой орфографии и о сатанинской сущности орфографии новой“. Вы знаете, что большевики, придя к власти, сменили шрифт. Лихачев доказывал, что старая орфография была красива, она красиво оформляла слова и была полезна в научном слове. Теперь такие слова, как, допустим, „мѣлъ“ и „мели“, то есть подметали, писались одинаково, а по старой орфографии они писались через отмененный знак. Этот доклад Димы Лихачёва был опубликован только в 1990 году, доклад, кстати, прекрасно сохранился в архивах ОГПУ, а сам он за этот доклад попал на Соловки…»

Дмитрий Сергеевич Лихачёв – выдающийся ученый, публицист, общественный деятель XX столетия. Его творчество – это целая эпоха в истории русской культуры, которое будет изучать не одно поколение людей нашей страны. Д. С. Лихачёв родился 28 ноября 1906 г. в Санкт-Петербурге. В его жизни было немало «университетов»: он был учеником гимназии Императорского Человеколюбивого общества, знаменитой школы К. И. Мая, трудовой школы Л. М. Лентовской, затем студентом романо-германской и славяно-русской секций университета, который ему удалось закончить перед самым арестом. Все студенческие годы он посещал философские кружки. 8 февраля 1928 г. Д. С. Лихачёв был арестован за участие в студенческом кружке «Космическая Академия наук» и осужден на пять лет за контрреволюционную деятельность. В 1928-1932 гг. Д.С. Лихачёв был политзаключенным Соловецкого лагеря особого назначения. Пребывание на Соловках он считал своим главным университетом, «самым значительным периодом жизни».

С 1937 г. и до конца своей жизни Д. С. Лихачёв работал в Институте русской литературы (Пушкинский Дом) Академии наук, с 1954 г. он возглавлял Отдел древнерусской литературы.

Кто из нас, теперешних ученых-лингвистов и языковедов, готов оказаться в заключении за свои исследования в области орфографии? Значит, это была не просто орфография – это была жизнь, философия, видение жизни. Язык – стихия, вмещающая в себе все. И горе тем, кто, по слову отца Романа, пользуется этой стихией во вред своей душе и душам других людей.

Иван Ильин, философ, о «кривописании»:

«Если мы попытаемся подвести итоги всему тому, что необходимо сказать против „новой орфографии“, то мы произнесем ей окончательный приговор: она должна быть просто отменена в будущем и заменена тем правописанием, которое вынашивалось русским народом со времен Кирилла и Мефодия. И это будет не „реакцией“, а восстановлением здоровья, смысла и художественности языка…»

Г. М. Никитин вспоминает:

…До 1917 года русская орфография хранила православный дух русского языка. Да, собственно, русский литературный язык и был православным. Таков его исторический облик.

Это высказывание осмелюсь считать главным в этой статье. Для большевиков борьба со старинной русской орфографией была не чем иным, как борьбой с православием, средством к уничтожению православной святой Руси, и поэтому частичка этого живого, великорусского, православного духа сохранилась в старинной, дореформенной орфографии лучше, чем в современной системе языка.

Крещение явило Руси письменность — церковнославянский язык. На его основе образовался древнерусский литературный язык, со временем ставший русским литературным языком. О чем после «Предисловия о пользе книг церковных в российском языке» М. Ломоносова писали многие выдающиеся лингвисты: И. Бодуэн де-Куртенэ, С. Булич, Л. Булаховский, Л. Щерба, Н. Дурново, В. Истрин, Е. Карский, Б. Ляпунов, А. Соболевский, Б. Унбегаун и другие.

Вячеслав Иванов нарек «бесивом» то новое, что появилось в русской речи за время революции: «Язык наш свят: его кощунственно оскверняют богомерзким бесивом — неимоверными, бессмысленными, безликими словообразованиями, почти лишь звучащими на границе членораздельной речи, понятными только как перекличка сообщников, как разинское „сарынь на кичку“».

Из этого послереволюционного, а теперь и постперестроечного состояния «бесива» русский язык не может выйти до сих пор…

(Цитаты взяты из Сборника ресурсов по старой орфографии в сети http://arhivarij.narod.ru/)

Что касается приставки бес-, то ее в русской дореформенной орфографии просто не существовало. Из переписки редактора сайта Ольги Сергеевны Надпорожской с отцом Романом: «В слове „бесконечность“ заменить „бес“ на „без“? Если еще встречу приставки „бес“, заменять их?» — «Отовсюду гоните бесов».

В книге Б. М. Клосса «О происхождении названия “Россия”» была найдена интересная информация о том, что написание слова Россия с двумя «с» в его современном виде было окончательно принято только в петровские времена, в 1721 г., после принятия Петром I титула Императора Всероссийскаго. (Отсюда, на наш взгляд, и написание слова «рускiй» с одним «с» в текстах иеромонаха Романа.)

А условно началом русской дореформенной орфографии можно считать введение гражданского шрифта при Петре I.

Гражданский шрифт (амстердамская азбука; гражданская азбука или «гражданка») — шрифт, введённый в России Петром I в 1708 году для печати светских изданий в результате первой реформы русского алфавита (изменения состава азбуки и упрощения начертания букв алфавита).

Предпосылкой для создания гражданского шрифта стала мода на латиницу, которая распространилась в среде образованных русских людей в 1680—1690-х годах. Гражданский шрифт стал компромиссом между сторонниками традиций и теми, кто стремился к максимально полному заимствованию западной культуры.

До этого писали полууставным письмом. То есть уже введение гражданского шрифта – некоторое обмирщение в сфере языка. С другой стороны, язык должен развиваться как система, и от этого никуда не уйти. На наш взгляд, дореформенная орфография является неким компромиссом, возможностью совместить древнейшее и новое написание.

Чем же примечательна русская дореформенная орфография? В чем ее главное отличие от современной? Почему она до сих пор любима и употребляема теми, кому небезразлична судьба русского слова?

Выводы напрашиваются сами собой. Русская дореформенная орфография и сейчас – живая языковая система, с помощью которой пишутся статьи, создаются сайты и порталы. Русский дореволюционный язык живет – как живет в наших сердцах напоминание о былой Руси, Руси Православной, для мiрских людей утерянной и забытой, но для тех, кто любит Слово и остается верен ему, как символическое отражение духовной составляющей всего русского, православного, истинного. И поэтому произведения иеромонаха Романа, который использует «царскую» орфографию в той мере, в которой это необходимо, чтобы подчеркнуть духовный смысл написанного, как нельзя лучше олицетворяют возможность сохранить языковые богатства русского языка, символическое значение русского языка, не допустить засорения языка чрезмерной иноязычной лексикой:

Родная речь – Отечеству основа.
Не замути Божественный родник.
Храни себя: душа рождает слово –
Великий святорускiй наш язык!

Марина Наследникова,
стипендиат Специального фонда Президента Республики Беларусь по поддержке талантливой молодежи, член Союза писателей Беларуси

Литература:

1. В.И. Даль «Толковый словарь живого великорусского языка».
2. Н. С. Можейко, А.П. Игнатенко «Древнерусский язык».
3. Б.М. Клосс «О происхождении названия “Россия”».
4. С. Виницкий «Введение в дореформенную орфографию».
5. https://ru.wikipedia.org/wiki/Русская_дореформенная_орфография
6. Сборник ресурсов по старой орфографии в сети http://arhivarij.narod.ru/
Великіе о Дореволюціонномъ Правописаніи.
7. Правила дореволюціонной орѳографіи изъ «Записной книжки для учащихся» на 1909-1910 гг.
8. Правила русскаго правописанія изъ дореволюціоннаго изданія Орѳографическаго словаря (въ концѣ въ азбуку добавлены лишнія ё, й).
9. Словарь дореволюционной орфографии http://www.rusyaz.ru/pr/slovar.html
10. Д. С. Лихачев «Воспоминания».
11. Тексты иеромонаха Романа цитируются по сайту http://vetrovo.ru

Заметки на полях

Уважаемые читатели, прежде чем оставить отзыв под любым материалом на сайте «Ветрово», обратите внимание на эпиграф на главной странице. Не нужно вопреки словам евангелиста Иоанна склонять других читателей к дружбе с мiром, которая есть вражда на Бога. Мы боремся с грехом и без­нрав­ствен­ностью, с тем, что ведёт к погибели души. Если для кого-то безобразие и безнравственность стали нормой, то он ошибся дверью.