Дневниковые записи
3. Где жить-то будете?
И говорит ему Иисус: лисицы имеют норы и птицы небесные — гнёзда,
а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову.
Мф. 8: 20
Так уж выходит, что на протяжении земной жизни человек зачастую меняет не одно место жительства, вынуждая себя продавать, покупать или обменивать объекты недвижимости, вовсе не будучи профессиональным риелтором. Не обошло это стороной и меня. Жила сначала в любимом родительском доме, после замужества и смерти родных переехали с мужем и дочерью в другой дом, где появилась на свет младшая, потом некоторое время проживала в небольшой квартире коттеджного типа, приобретенной в счет материнского капитала, а сейчас вот и вовсе поменяла город и живу на съемной квартире вместе с младшей дочерью, теперь уже студенткой. Были ещё трёхкомнатная квартира в родном городе, однушка в Воронеже, сельский домик у реки, ну и последним объектом сделки купли-продажи стал маленький деревенский заброшенный домишко у опушки соснового насаждения в двадцати километрах от города. Для чего так подробно пишу? Потому что сколько бы ни было жилищ у человека за всю жизнь, само понятие «дом» гораздо шире. Сколько ни ищи своего места под крышей — а всё ещё не дома, как будто на время в гости зашёл.
Валентина Андреевна живёт в поселке Дружба, как раз между городом и пещерным Храмовым комплексом в честь священномученика Игнатия Богоносца. Староста, работница лавки, ключница, смотрительница — всё в одном лице.
— Валентина Андреевна, садитесь в машину. Батюшка попросил Вас до Храма подбросить.
Андреевна не спеша пробирается на заднее сиденье. С каждым годом былая бодрость уходит, возраст даёт о себе знать. Вслед своей кормилице глядят кто откуда девять её приблудных пушистых питомцев — с забора, из-под калитки, из палисадника. Благодаря сердобольной Валентине и её дочери у кошачьей компании тоже теперь есть дом и довольствие.
— Чем Вы их кормите?
— Корм покупаем. Дорого, а что делать?
Дорога к Храму не слишком длинная, но от Дружбы всё в гору. В этой горе несколько веков назад подвижники, чьи имена известны одному Господу, обустроили пещеры для уединения с Ним в Дому его. Позже эти печёры стали скитской частью новоустроенного в 1613-м году мужского монастыря. После долгих лет революционного безбожного запустения на горе, в далёком прошлом именуемой местными жителями Фавором, был воссоздан надпещерный Храм и восстановлен подземный.
— Вот мне уже семьдесят восемь, — призналась Валентина Андреевна. — Из них девятнадцать лет, с самого сентября, как открыли, — я тут теперь, в Храме. Как и батюшка Иоанн.
Отец Иоанн все эти годы — несменный настоятель и единственный священник деревянного Храма, виднеющегося издали на горе, и восстановленного его стараниями подземного, расположенного в одном из пещерных ответвлений. Настоящий хозяин вверенного ему Дома Божьего: умеет и территорию обустроить, и печёры содержать, летом траву косит, зимой снег чистит, все вопросы решает грамотно, конкретно и не откладывая. Приход совсем небольшой, но постоянный, поскольку место уединенное, отдаленное от поселений. На службах всё всерьёз, без излишеств: тишина, вера и молитва.
— Вот я уже как прихожу в Храм, — продолжает Андреевна, — так и говорю батюшке: «Всё, батюшка, я домой пришла!».
В детстве дома на родной улице представлялись одушевленными, смотрящими с разным выражением лиц своими глазами-окнами на дорогу. Когда наступал вечер и в окнах зажигались огоньки, хотелось смотреть на этот теплый свет, пытаясь разгадать неповторимый секрет домашнего уюта за занавесками.
За необходимыми покупками зашла в «Пятёрочку».
— Маргарита Александровна! — окликнул кто-то. Обернулась и узнала одетую в жилет работника магазина Марину Алексеевну (имя изменено), маму одного из моих учеников прошлого выпуска. — Как Вы, где сейчас?
— Я живу с дочкой в Подмосковье, квартиру снимаем. Там же работаю в школе. А как Вы, там же в центре снимаете?
— Нет, с тем мужчиной мы больше не живём. Сын живет с бабушкой, хотя она и не бабушка ему по крови. А я вот думаю поработать тут и кредит оформить, чтоб жилье какое-то взять.
— А сейчас пока где живете? Тоже снимаете что-то?
— Да нет, — собеседница несколько замялась, — возле вокзала в заброшенном доме пока.
— Вода, отопление есть там?
— Нет, пока без этого. Но я в Храм хожу Никольский, что в центре города, знаете? Там батюшка хороший. Священники молятся, они всегда помогают.
Конечно, я знала многодетного батюшку Димитрия, который собственными руками взялся построить дом своей большой семье. Марина заторопилась дальше раскладывать по полкам из полной тележки товары. Когда-то у её семьи был свой хороший дом, который остался (если остался) на территории украинского поселка.
Часто ли вам доводилось слышать или произносить долгожданному гостю: «Чувствуй себя как дома»? Что стоит за этими словами: позволение распоряжаться по-хозяйски или, может быть, пожелание ощущать себя свободно и безопасно?
Ещё с древности христиане, переступая чей-то порог, вместо приветственного пожелания здоровья произносили: «Мир вашему дому!» И эти слова не были лишь элементом этикета, поскольку сказаны Христом ученикам Cвоим: входя в дом, приветствуйте его, говоря: «мир дому сему»; и если дом будет достоин, то мир ваш придёт на него; если же не будет достоин, то мир ваш к вам возвратится. А если кто не примет вас и не послушает слов ваших, то, выходя из дома или из города того, отрясите прах от ног ваших; истинно говорю вам: отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому (Мф. 10: 12–15).
Как раз поэтому русский люд всегда с радостью принимал в своих избах путешествующих по святым местам и Божьих странников — кормили, одевали, долго и жадно слушали, воспринимая и передавая далее крупицы духовного знания из уст в уста.
Маленькая деревянная келья, треск поленьев в печи, свеча, иконки на стенах. Без всяких документов на право собственности почему-то чувствуешь, что находишься у себя дома. Может быть, потому что пребываешь в доме родного Отца? Ведь сколько бы домов ни сменил здесь, на земле, человек, последним из них всегда будет домовина.
«Где жить-то будете?» — спросил батюшка в ответ на мой вопрос, можно ли продать жильё для приобретения дочке в другом городе. Очередь ответа перешла ко мне, но сказать почему-то было нечего. Откуда-то из далёких воспоминаний всплыли казавшийся в детстве бескрайним зелёный луг, цветы, голубые мотыльки и пестрые бабочки, желтогрудые трясогузки и рядом идущая со мной за руку бабушка:
— Видишь, птичка нас отвлекает и за собой зовёт? Это она от гнезда уводит, дом свой бережёт, который где-то в траве неподалеку.
Потом мы с бабушкой садимся на пригорок, и она вьёт из травы гнездышко.
— Вот, внученька. Теперь положим его в травку для птички и её будущих птенчиков.
Маргарита Шелкунова
Сайт «Ветрово»
28 июля 2026
