Дневниковые записи
4. Всё в твоих руках
Не так давно прочитала в одной книге интересную мысль. Не то чтобы она была нова, скорее, мало кто заостряет на этом внимание. Всем известно, что земное человеческое существование связано с ежедневным материальным потреблением. Однако процесс этот отнюдь не одинаков. Можно к материальному прилагать материальное, и так без конца, со всё разгорающимся аппетитом: все помнят старушку у корыта. Но можно и иначе — материальное нанимать в услужение духовному, что и показали нам своим примером подвижники благочестия.
Девочка пяти лет каждый раз, собираясь на прогулку во двор, пытается унести вместе с собой как можно больше игрушек. Мягкие медведи, куклы, зайцы и собаки не помещаются в руках. Игрушки неминуемо поочередно выпадают из рук на пол. Девочка капризничает, заполняет ими практически полностью колясочную люльку младшего братишки, игровые наборы и сумочки приходится запихивать в нижний багажник коляски, более мелкими предметами набит до отказа надувшийся детский рюкзак за спиной, а в руках девочка держит самокат. При этом, сколько бы мама ни просила оставить хотя бы часть игрушек дома, уговорить дочь или запретить ей не получается. Выход из квартиры напоминает скорее фазу семейного переезда в разгаре. Нужно заметить, что, оказавшись на площадке, маленькая собственница абсолютно теряет интерес к своему имуществу и даже не использует его для игр. Разве что самокат, чтобы кататься от горки к горки. Прочие игрушки смиренно ожидают на скамейке. В этой истории не было бы ничего удивительного, если бы она не повторялась изо дня в день.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Так сложилось в православной традиции, что на летнее Празднование Казанской иконы Божьей Матери прихожане стараются сугубо помянуть своих усопших родственников: заказывают заупокойную службу, приносят поминание в Храм, стараются отслужить панихиду на могилках.
Сознательное воцерковление Александра произошло уже в зрелом возрасте, после смерти самого близкого для него человека — мамы. Облегчить горькую ношу на сердце и забыться хоть на немного получалось только здесь, в деревянном Храме на службе. Так и остался Александр служить Тому, кто Един мог помочь — стал звонить в колокол, помогать батюшке, смотреть за монастырскими пещерами и водить туда желающих экскурсантов. Худой и согбенный, молчаливый, опустивший долу взгляд и всегда сосредоточенно погруженный вглубь себя, он всегда готов с тихой радостью поговорить на духовные темы с тем, кто в этом заинтересован. Летом Саша раздаёт людям ягоды, собранные на своем участке — клубнику, малину:
— Зачем мне одному столько? Вчера дождь был, не успел собрать. Завтра приезжайте, очень буду благодарен, что заберете. А то куда её девать? Простите, мелкая только.
Наполнял собранными ягодами ведерки и ящички прихожан, отказываясь брать какую- либо плату. Случалось, если человеку не на чем было приехать, предлагал привезти на такси за свой же счёт.
Нужно сказать, что какое бы послушание в Храме ни выполнял Саша, складывалось впечатление, будто происходит всё это без его участия: колокол звонит сам, верхние и нижние двери в пещеры открываются и закрываются сами собой, и поминальный хлеб появляется не понятно откуда. Уметь быть незаметным — не талант, но ценнейшее приобретение. Вот и теперь после службы Александр разрезал собственноручно испеченные хлеба для прихожан и батюшки, чтобы помянули маму его Марию. Показал и фото, чтоб видели люди, за кого молятся.
— Берите, берите, — подтвердил отец Иоанн. — Хлеб и вправду удивительный: не черствеет, не плесневеет, вкус сохраняет, пока не съешь. Вечный какой-то!
— На земле вечного ничего нет, — тихонько отозвался Саша, раскладывая поминание для людей по пакетикам.
Румяный, пышный, с золотистой ароматной мякотью, хлеб праздничностью своего вкуса напоминал Пасхальный кулич. Действуя по маминому рецепту приготовления, Саша использует вместо дрожжей настоящую закваску. Даже в Великий пост его постная коврижка удивляла гармоничным вкусом — простым и изысканным одновременно. И было совершенно понятно, что натуральная закваска является лишь вторым секретом выпечки после первого — тихой сердечной молитвы.
Продолжение следует.
Маргарита Шелкунова
Сайт «Ветрово»
1 августа 2026
