Фотография Александра Мелехова
Во время приезда в скит Ветрово в конце октября 2017 года больше всего запомнился разговор с отцом Романом о евангельском и апостольском чтении. Жаль, что воспроизвести его теперь можно только отчасти, по записанным обрывкам, и что не всегда удаётся сгладить между ними прорехи. В тот раз за ночной Божественной литургией читали притчу о сеятеле:
Вышел сеятель сеять семя свое, и когда он сеял, иное упало при дороге и было потоптано, и птицы небесные поклевали его; а иное упало на камень и, взойдя, засохло, потому что не имело влаги; а иное упало между тернием, и выросло терние и заглушило его; а иное упало на добрую землю и, взойдя, принесло плод сторичный. Сказав сие, возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит! Ученики же Его спросили у Него: что бы значила притча сия? Он сказал: вам дано знать тайны Царствия Божия, а прочим в притчах, так что они видя не видят и слыша не разумеют. Вот что значит притча сия: семя есть слово Божие; а упавшее при пути, это суть слушающие, к которым потом приходит диавол и уносит слово из сердца их, чтобы они не уверовали и не спаслись; а упавшее на камень, это те, которые, когда услышат слово, с радостью принимают, но которые не имеют корня, и временем веруют, а во время искушения отпадают; а упавшее в терние, это те, которые слушают слово, но, отходя, заботами, богатством и наслаждениями житейскими подавляются и не приносят плода; а упавшее на добрую землю, это те, которые, услышав слово, хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении. Сказав это, Он возгласил: кто имеет уши слышать, да слышит! (Лк. 8: 5-15).
— Видите, те зёрна, которые упали при дороге, поклевали птицы, — сказал отец Роман после Службы за чаем. — Если у дороги растёт деревце, его обязательно затопчут. Так же и со словом Божиим. А что такое дорога? Это мiрская сута: туда пошёл, обратно… Камень, на который падают зёрна — это верховодки, таких много. Хорошие люди, но неглубокие, потому что заняты своими делами: кому экзамен принимать надо, у кого фирма своя… Таких людей большинство. Так же и с тернием. И совсем немного тех, кто оставил всё и пошёл за Христом — добрая земля, которая принесла плод. Все мы в разное время бываем то камнем, то тернием, то доброй почвой…
— Отец Роман, а слова из Апостольского чтения — уже не я живу, но живёт во мне Христос — это о семени, упавшем на добрую землю?
— Можно и так сказать. Но вообще эти слова про ум Христов в человеке, который бывает у святых. Человек может ничего не знать, ничему не учиться — но в нём будет действовать ум Христов. Для этого нужно сначала освободиться от того, чем наполнил человека мiр, очиститься — в полный сосуд трудно что-то налить, через край польётся. Нельзя вливать вино новое в мехи ветхие — придя в Церковь, надо измениться…
В то время отец Роман часто говорил про ум Христов, ссылаясь при этом на слова преподобного Максима Исповедника. Не помню, какие именно слова цитировал отец Роман, но есть у этого святого очень простое и ясное определение: «Ум Христов… имеет тот, кто о всём помышляет в Его духе и чрез всё приводится к мысли о Нём». Видимо, тогда отец Роман читал и житие преподобного, потому что с благоговением говорил о том, что святому в глубокой старости отсекли язык и правую руку, чтобы он не мог говорить и писать, и провели в таком виде по улицам города. Чувствовалось, что отец Роман видел в преподобном Максиме пример для подражания.
— Вот смотрите: чем у́же луч фонарика, тем дальше он светит, — продолжал отец Роман. — Есть люди, которые всю жизнь занимаются какой-то узкой темой и достигают в этом больших успехов — но при этом часто не знают, чем занимаются другие отрасли той же самой науки. А Свет Христов — он как солнце, освещает всё сразу, и человек знает всё, хотя, может быть, ничему не учился…
— Говорят: «умный человек, умный человек», — сказал отец Роман в другой раз. — Под умом понимают образованность, информационную осведомлённость. Когда я был молодым, тоже хотел казаться умным. Потом понял, что хотеть казаться умным — это глупость. Настоящий ум — это когда человек очищает свой ум, своё сердце. Вот послушник приходит в монастырь, ничего не читал, никакого Вергилия. Начинает читать святых отцов — и Господь ему даёт ум… Я когда в монастыре читал «Невидимую брань», чуть не плакал: вот что мне было нужно, а мне подсовывали какого-то Бокаччо! Хлеб от нас утаили…
В 2018 году на тему притчи о сеятеле отец Роман написал стихотворение:
Вышел сеятель сеять семя свое.
Лк. 8: 5-8
Вышел сеятель с сумой
Зорькой невечернею
И увидел пред собой
Путь, каменья, терние.
Урожая столько лет
У Небес не выпросить.
Сеять семя толку нет,
Всё равно что выбросить.
И стоит в слезах, молясь,
До полнощной темени.
Где ты, добрая земля,
Жаждущая семени?
Удивительно, но об этом простом на первый взгляд стихотворении читатели долго спорили на сайте «Ветрово». «Чтобы урожай был добрый, нужно землю возделывать, а не причитать. Камни снести на межу, тернии выкорчевать да поливать вовремя. Земля уход любит» — написал один из них. И только спустя несколько лет мне встретились у святителя Григория Паламы слова, которые сразу могли бы поставить точку в этом споре: «Обратим же внимание… что Господь не сказал, что Он вышел пахать словесные нивы, ни плугом рассекать дважды или трижды, ни исторгать корни диких трав, ни уравнивать почву, то есть — предукрасить (приготовить) наши сердца и помыслы, но, говорит, непосредственно „вышел сеять“. Почему это так? — Потому что прежде сего Христова сеяния… нам надлежит предукрасить, приготовить для сего нашу душу. Поэтому и Предтеча… великим гласом увещевал, говоря: Уготовайте путь Господень, правы творите стези Его и Покайтеся, приближи бо ся Царствие Небесное (Мф. 3: 2–3)».
Значит, «возделывание земли» — это наш собственный труд.
И всё же многое зависит и от сеятеля. «Каждой весной мы видим, как сходит снег, обнажается земля, — пишет отец Роман. — Но сеятель появляется только тогда, когда земля прогреется: никто не хочет губить семя, никто не засевает мёрзлую землю. Жизнеутверждающая весна поучает человека: прежде словесного сеяния отогрей душу, в которой хочешь посеять. Если не можешь — хотя бы своё сердце наполни теплом к той душе, к которой направляешь словесное семя. Не потому ли после долгой холодной зимы всё живое радуется проявлениям тепла?»
«Если мы будем иметь ко всем холодное сердце, то сами превратимся в сосульки», — сказал отец Роман однажды. Он говорил, что если у него нет к кому-то тепла, то он воспринимает это как неблагословение говорить что-то этому человеку. А если в сердце есть тепло, то можно сказать человеку всё что угодно, и он от тебя это примет. С людьми отец Роман часто говорил шутливо, иногда жёстко, не любил «излияний чувств» и сентиментальности. Но те дни, когда мы говорили о притче о сеятеле, запомнились ещё и тем, что он, как бы проговорившись, вдруг обратился к нам: «Радости мои…» — и осёкся.
Наверное, эти разговоры так хочется вспоминать ещё и потому, что в них всегда звучало что-то большее, чем слова — то, что так хотелось бы сейчас передать другим, но невозможно сделать это по своей воле. Может быть, тогда сбывалось сказанное Христом: Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф. 18: 20).
Ольга Надпорожская
Сайт «Ветрово»
30 октября 2026
