МЕНЮ

Ветрово

Сайт, посвященный творчеству иеромонаха Романа

Помощь сайту

Слайд из презентации по литературе в 11-м классе. infourok.ru

Вспоминая стихотворения Марины Цветаевой, задумалась об одном, из цикла «Стихи к Блоку» — в нем обращают на себя внимание необыкновенно возвышенные образы и такой же высокий слог:

Ты проходишь на Запад Солнца,
Ты увидишь вечерний свет,
Ты проходишь на Запад Солнца,
И метель заметает след…

Церковный читатель, конечно, сразу увидит тесную связь этого стихотворения с гимном «Свете тихий», который поётся в Храме на каждой вечерне. «Свете тихий» — одно из самых древних христианских песнопений, о котором еще в IV веке святитель Василий Великий писал: «Отцам нашим заблагорассудилось не в молчании принимать благодать вечернего света, но при явлении его немедленно благодарить. И не можем сказать, кто виновник сих речений светильничного благодарения…» Вот слова этого гимна, обращённого ко Господу: «Свете Тихий святыя Славы Безсмертнаго Отца Небеснаго, Святаго Блаженнаго, Иисусе Христе, пришедше на запад солнца, видевше свет вечерний, поем Отца, Сына и Святаго Духа Бога. Достоин еси во вся времена пет быти гласы преподобными, Сыне Божий, живот даяй, темже мир Тя славит».

На основе этого песнопения Марина Цветаева создала свой гимн, обращённый не к Богу, но к Блоку:

Ты проходишь на Запад Солнца,
Ты увидишь вечерний свет,
Ты проходишь на Запад Солнца,
И метель заметает след.

Мимо окон моих — бесстрастный —
Ты пройдёшь в снеговой тиши,
Божий праведник мой прекрасный,
Свете тихий моей души.

Я на душу твою — не зарюсь!
Нерушима твоя стезя.
В руку, бледную от лобзаний,
Не вобью своего гвоздя.

И по имени не окликну,
И руками не потянусь.
Восковому святому лику
Только издали поклонюсь.

И, под медленным снегом стоя,
Опущусь на колени в снег,
И во имя твоё святое,
Поцелую вечерний снег. —

Там, где поступью величавой
Ты прошел в снеговой тиши,
Свете тихий — святыя славы —
Вседержитель моей души.

Хотя во второй строфе лирическая героиня и называет своего героя «Божиим праведником», всё же по большей части прямо обожествляет его, называя именами, присущими Богу, и благоговейно, молитвенно ему поклоняясь. В другом стихотворении из цикла «К Блоку» она признаётся: «И не знаешь ты, что зарёй в Кремле // Я молюсь тебе — до зари…» А через несколько лет в стихотворении на смерть Блока Цветаева скажет: «Было так ясно на лике его: // Царство мое не от мира сего»…

Подмена Бога человеком вообще характерна для поэзии Цветаевой. Эту тему можно проследить во многих её стихотворениях, обращённых к другим адресатам (например, к мужу, С. Эфрону: «Одень меня в свое великолепье, // Помилуй и спаси…», к художнику Н. Вышеславцеву: «Все руки по иконам — // Твои!»). И всё же в стихах, посвящённых Блоку, она выражена особенно ярко. Причина, скорее всего, в том, что Цветаева не была знакома с Блоком, обожала его на расстоянии и с лёгкостью могла идеализировать, лепить из живого человека прекрасный, не соответствующий действительности образ. То же происходит с поклонниками телевизионных, театральных, кино- героев: во-первых, они наделяют реальных людей чертами сыгранных ими персонажей, во-вторых – дорисовывают их образы по своему вкусу. Поскольку личное общение исключено, нет поводов разочаровываться: кумир не нагрубит, не обидит, не предаст, а если вдруг и окажется человеком недостойным, это можно будет по-своему оправдать и возвести его на ещё большую высоту как не понятого и оклеветанного.

Человек рожден для поклонения. Аз есмь Господь Бог твой… да не будут тебе бози инии, разве Мене, — сказал Господь Израильскому народу (Исх. 20:2-3), но тщетно: Ветхий Завет повествует о его непрестанном удалении от Бога и поклонении ложным богам. Стоит только человеческой душе утратить Бога — она ищет Ему замену и придумывает богов на свой вкус, превращая в кумиров кого угодно — от собачек до государственных деятелей. Не зная Бога, многие ищут утешения в искусстве: душевная жизнь заменяет духовную, классическая литература — Священное Писание, театр и концертный зал — богослужение. Под стать этим богослужениям и божества. Мне грустно вспоминать об этом, но я знала девушек, которым стихотворение «Ты проходишь на Запад Солнца» казалось их собственным гимном любви, и они посвящали его своим «героям», желая видеть в них недосягаемых полубогов. Созданный Цветаевой образ «вседержителя души» — что-то вроде трафарета, который подходит многим: его можно закрасить своими красками и использовать в личной «духовной» жизни.

Если душа обретает истинного Бога, всё это, казалось бы, должно остаться в прошлом. Но ведь она исковеркана былым идолослужением и, привыкнув погружаться в пучину фантазий, с лёгкостью попадает в те же сети, тем более что вся мировая культура, с которой так трудно расстаться и верующему человеку, служит ей в этом подспорьем. А еще бывает, что «культовые» произведения безбожного прошлого пытаются превратить в христианские молитвы. И я была поражена, когда услышала, как детский хор перед Царскими вратами православного Храма поёт стихотворение Цветаевой «Ты проходишь на Запад Солнца…» Наверное, детям сказали, что они славят Бога, и они приняли это за чистую монету. Но в этом стихотворении есть слова, которые никак нельзя отнести ко Христу: что значит «Я на душу твою — не зарюсь»? Почему «по имени не окликну»? Даже не задумываясь об этом, детская душа уже утрачивает простоту и чистоту, незаметно для себя увлекается ложными чувствами, которые, может быть, потом десятилетиями будет вытравливать из себя. Невинные заблуждения порой заводят очень далеко, и не зря в словаре Даля слова «заблуждаться» и «заблудить» разъясняются в одной и той же статье, причём о втором говорится, что оно считается непристойным.

Духом блужения прельстишася и соблудиша от Бога своего — так говорится в Книге пророка Осии (Ос. 4:12). Увы, это и о Марине Цветаевой, и о многих, многих других.

Заметки на полях

  • Анна, Санкт-Петербург, , 07.03.2019 в 21:25

    Пугающе, что оно обращено к человеку, ведь это песнь Богу, Христу. Жалко Цветаеву. Жалко детей и людей, которые ставят литературу, и искусство, в ранг идола. Помилуй нас Господь

  • Редактор, , 07.03.2019 в 21:40

    По большей части, наверное, не ведают, что творят. Но с нас особый спрос: аще бысте слепи были, не бысте имели греха: ныне же глаголете, яко видим: грех убо ваш пребывает (Ин. 9:41).

  • Георгий, иерей, , 08.03.2019 в 09:23

    Ольга Надпорожская: Поскольку личное общение [с кумиром] исключено, нет поводов разочаровываться: кумир не нагрубит, не обидит, не предаст, а если вдруг и окажется человеком недостойным, это можно будет по-своему оправдать и возвести его на ещё большую высоту как не понятого и оклеветанного.

    Г.С.: Согласен с Вами, уважаемая Ольга Сергеевна, но позвольте уточнить. Личное общение с кумиром нельзя сказать, чтобы было невозможно. Если есть великое желание, всегда можно выйти на прямую связь с Гребенщиковым или там с Путиным. Со Сталиным, например, тысячи людей напрямую общались и при этом б-готворили его. Просто общение с кумиром носит односторонний характер. На кумира всегда смотрят снизу вверх. Поэтому даже если кумир скажет или сделает что-то не то, его всегда оправдает кумиропоклонник.

    А вот со Христом не так. Можем ли мы, верующие, назвать Христа кумиром? Не можем, хотя и смотрим на Него тоже снизу вверх, как идолопоклонники на своих истуканов. И тем не менее мы не можем назвать Его кумиром, п.ч. со Христом мы общаемся двусторонне. Я УЖЕ НЕ НАЗЫВАЮ ВАС РАБАМИ, ИБО РАБ НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ДЕЛАЕТ ГОСПОДИН ЕГО; НО Я НАЗВАЛ ВАС ДРУЗЬЯМИ, ПОТОМУ ЧТО СКАЗАЛ ВАМ ВСЕ, ЧТО СЛЫШАЛ ОТ ОТЦА МОЕГО (Ин. 15:15). Да, мы рыбы Христовы, но, будучи рабами Христовыми, мы являемся Его друзьями при условии: ВЫ ДРУЗЬЯ МОИ, ЕСЛИ ИСПОЛНЯЕТЕ ТО, ЧТО Я ЗАПОВЕДУЮ ВАМ (Ин. 15:14)

    От какого кумира можно услышать слова о дружбе? Кумир всегда питается своим превосходством. Не будет этого превосходства, не будет кумира. Кумир это знает и никогда не допустит равенства себя и толпы. Да и сами идолопоклонники не стремятся встать вровень с кумиром. Они, действительно – рабы и только. Поэтому они пишут: рабы немы.

    Ольга Надпорожская: «Человек рожден для поклонения. Аз есмь Господь Бог твой… да не будут тебе бози инии, разве Мене, — сказал Господь.

    Г.С.: Согласен с Вами, уважаемая Ольга Сергеевна, только позвольте уточнить. Бог не нуждается в поклонении твари, и вообще ни в чём тварном не нуждается. ВОСХОТЕВ, РОДИЛ ОН НАС СЛОВОМ ИСТИНЫ, ЧТОБЫ НАМ БЫТЬ НЕКОТОРЫМ НАЧАТКОМ ЕГО СОЗДАНИЙ (Иак. 1:18)
    http://verapravoslavnaya.ru/?Zachem_Bog_sozdal_cheloveka%3F

    По преизбытку Своей любви Бог создаёт человека. Этот избыток я бы уподобил морскому прибою. Необъятное море это Сам Бог, а пена волн это как бы человек. Выплеск Божией любви, т.е. создание человека это как брызги морской волны. ИБО ЧТО ТАКОЕ ЖИЗНЬ ВАША? ПАР, ЯВЛЯЮЩИЙСЯ НА МАЛОЕ ВРЕМЯ, А ПОТОМ ИСЧЕЗАЮЩИЙ (Иак. 4:14). И когда этот пар, эта морская пыль не обращается к морю, в том смысле, что начинает жить сама по себе и думает, что она сама по себе, тогда от неё даже следа не остаётся, но когда эта пыль стремится вернуться, обернуться, поклониться, припасть к морю, тогда она вместе с морем и в море пребывает.

    Касательно Цветаевой. В книге игумена Н. есть упоминание и о ней. Благодарю уважаемую Марину за ссылку на эту книгу.
    http://igumen-n.logoslovo.ru/book.php?page=208

    М. Цветаева: «Состояние творчества есть состояние наваждения Что-то, кто-то в тебя вселяется, твоя рука исполнитель — не тебя, а того, что через тебя хочет быть Наитие стихий — это творчество поэта».

    М. Цветаева: «Художественное творчество в иных случаях — некая атрофия совести. Тот нравственный изъян, без которого ему, искусству, не быть Все мои вещи стихийны, то есть грешны Я повинуюсь неизбежной необходимости. Кто меня звал? Я должна назвать, т.е. создать того, кто меня звал. Как будто бы мои вещи выбирают меня сами, и я часто их писала против воли».

    Игумен Н.: Как показывают наши исследования, многолетние контакты людей искусства с СПМ приводят первых либо к гибели, либо к различным формам помешательства (ср. последние годы жизни Моцарта, Лермонтова, Цветаевой, Блока, Брюсова, Есенина, Врубеля, Модильяни, Ван Гога, Сальватора Дали и многих других)».

    Г.С.: Но мало кто хочет знать написанное игуменом Н. (ныне схиигумен Гавриил, духовник монаха Иоанна (Адливанкина), как он сам об этом говорит). И мало кто понимает, что возвеличивание самоубийц это пропаганда самоубийств и поощрение их.

  • Редактор, , 08.03.2019 в 09:36

    Если Бог не нуждается в поклонении, то человек нуждается в том, чтобы поклониться. И, не зная Бога, кланяется тому, кого ставит на Его место. Говоря об одностороннем общении с кумиром, Вы имеете в виду обращённость к нему человеческой души, диалог, который совершается в области фантазии («Ты в сновиденьях мне являлся, // Незримый, ты мне был уж мил…// В душе твой голос раздавался»?), или общение в прямом смысле слова?

  • Георгий, иерей, , 08.03.2019 в 10:11

    Редактор: Если Бог не нуждается в поклонении, то человек нуждается в том, чтобы поклониться.
    Г.С.: Да.
    Редактор: И, не зная Бога, кланяется тому, кого ставит на Его место.
    Г.С.: Да.
    Редактор: Говоря об одностороннем общении с кумиром, Вы имеете в виду /…/ общение в прямом смысле слова?
    Г.С.: Да.

  • Редактор, , 08.03.2019 в 10:38

    Отец Георгий, и ещё. Бог не нуждается в поклонении, но ведь Он хочет, чтобы наше сердце принадлежало Ему: Даждь Ми, сыне, твое сердце (Притч. 23:26) и, главное, возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею мыслию твоею: сия есть первая и болшая заповедь (Мф. 22:37-38).

  • Георгий, иерей, , 08.03.2019 в 11:08

    Именно так. Бог хочет, чтобы людские сердца принадлежали Ему, потому что Он нас любит. Но вспомним, какому общению с Богом нас учили по «Пророку» Пушкина, и общению с каким Б-гом нас учит этот «русский» поэт:

    И он мне грудь рассек мечом,
    И сердце трепетное вынул,
    И угль, пылающий огнем,
    Во грудь отверстую водвинул.

    Ощущаете разницу? Бог пророка Исаии смиренно просит: СЫН МОЙ! ОТДАЙ СЕРДЦЕ ТВОЕ МНЕ, И ГЛАЗА ТВОИ ДА НАБЛЮДАЮТ ПУТИ МОИ. А Б-г пророка Пушкина силой вынимает людское сердце.

  • Редактор, , 08.03.2019 в 11:56

    Думаю, если Господь принёс на землю не мир, но меч, то этот меч может рассекать и наше сердце. Хотя Пушкин, вероятно, говорил не об этом. Видимо, хотел сказать о пророческом служении, а сказал о безоглядном творчестве. Разница между одним и другим, наверное, во многом в том, кому человек отдал своё сердце.

Витрина

Кни­ги иеро­мо­на­ха Ро­ма­на