24 августа — день памяти протоиерея Николая Гурьянова
У иеромонаха Романа есть несколько стихотворений о его духовном отце — протоиерее Николае Гурьянове, но, к сожалению, он так и не записал своих воспоминаний о нём. К старцу Николаю отец Роман относился с большим благоговением и часто о нём рассказывал. Некоторые из его рассказов удалось записать, но пока не решаюсь поделиться ими (что-то, скорее всего, так и придётся оставить при себе). Но есть то, чем, как мне кажется, поделиться можно — размышлениями отца Романа о слове старца Николая.
К любому слову отец Роман относился очень внимательно, и особенно к тому, которое было написано им самим. Над стихами работал очень сосредоточенно и не торопился их публиковать. А поскольку написано отцом Романом несколько тысяч стихотворений, можно представить себе, какая большая часть жизни была отдана этому труду. Кроме того, у отца Романа всегда была очень большая переписка, которая началась задолго до того, как появилась электронная почта. И наше общение с ним тоже по большей части было письменным — ведь мы в основном общались на расстоянии и занимались редактированием его стихов. Мне кажется, в письменном слове человек способен раскрыться более глубоко, ему проще сказать о сокровенном, всегда есть возможность зачеркнуть написанное и выразить мысль более точно. И в веках остаётся именно письменное слово, хотя самые главные слова, которые никогда не прейдут, были произнесены Спасителем устно и только потом записаны учениками.
В течение восьми лет, с 2001 года по 2009-й, отец Роман не говорил и не слышал, и всё это время общался с окружающими только с помощью ручки и бумаги. Но, встречаясь с людьми в другие годы, отец Роман много рассказывал — это была как будто иная грань его личности. Не сразу я догадалась, что многие истории отца Романа нужно рассматривать как иносказания, которые могут иметь отношение к кому-то из тех, кто сидел в этот момент рядом с ним за столом. Иногда они были настолько конкретны, что не было никаких сомнений в том, кого имеет в виду отец Роман и что именно хочет сказать. И удивительно то, что именно тот человек, к которому относились его слова, часто пропускал их мимо ушей и удивлялся, когда спустя какое-то время ему напоминали о них. Обращала внимание и на то, что люди, общавшиеся с отцом Романом, иногда вообще были не в состоянии вспомнить, что именно он им говорил. Видимо, они воспринимали его речь просто как форму взаимодействия с ними, обмен внутренним теплом, а содержание разговора оказывалось вторичным.
Отец Роман не всегда принимал свою устную речь, когда кто-то её записывал, и во время разговоров не разрешал включать диктофон. Он рассказывал, что однажды кто-то взял у него интервью и опубликовал, не согласовав с ним — и он был в ужасе от своей речи. Мне как журналисту это хорошо понятно: конечно, записанная устная речь нуждается в литературной обработке. Если передавать речь самого лучшего оратора, не обрабатывая её или, тем более, подчеркнув шероховатости, легко достичь комического эффекта (что и делают некоторые публицисты). В то же время чрезмерная обработка устного слова убивает его.
Но, говоря о слове старца Николая, отец Роман, конечно, имел в виду именно устную речь. Ведь он общался с отцом Николаем лично, при встречах, и вообще до нас по большей части дошли те слова старца, которые он обращал к приезжавшим к нему паломникам.
«Слово — это звуковолновая оболочка, которую мы наполняем теплом своего сердца, — говорил отец Роман. — А если тепла нет, то это уже мёртвый остов, кости… Когда старец Николай говорил кому-нибудь простенькое четверостишие —
Вы простите, вы простите,
Род и ближний человек,
Словом добрым помяните,
Ухожу от вас не навек, —
люди плакали, потому что он согревал эти слова теплом своего сердца. Но когда мы видим эти стихи на бумаге, они оказываются очень слабенькими… Поэтому я против публикации стихов старца Николая».
«Зачем люди приезжали к старцу Николаю? Чтобы отогреться около него. Ничего такого заумного старец не говорил, но душа рядом с ним раскрывалась, как цветок, человек изменялся.
Помните, в школе мы читали о споре ветра, дождя и солнца? Они поспорили, кто из них скорее разденет человека. Подул ветер — но человек только сильнее стал кутаться. Полил дождь — но и он не смог раздеть человека. А потом выглянуло солнце — и человек сразу сбросил одежду, чтобы просушить её и согреться. Смотрите, никакой зверь не идёт к холоду — разве что тюлень или белый медведь выползают на льдину. Ни один цветок не раскроется, пока не выглянет солнце. Так же и человеческая душа».
«Если священник совсем ничего не знает, не учился, но молится — лучше идите к такому священнику, чем к тому, кто станет говорить с вами о пятой симфонии».
«К одному подвижнику древности пришли иноки и попросили: „Скажи нам слово наставления“. Он сказал им только два слова: „Спасайтесь, братия“, — и они заплакали и пошли. Потому что в этих словах они услышали всё: и шум адского пламени, и отблеск Небесного Света. Но слово может быть и мёртвым».
Может, такое сопоставление покажется странным, но в юности нечто подобное слышала о сценическом искусстве. Ведь исполнитель точно так же наполняет слово автора тем, что сам имеет за душой (важно не «как», а «что» — так говорили мне о слове, произнесённом со сцены). Но человек нецерковный и, тем более, неверующий не может наполнить произносимое им слово благодатью — она даётся только в Церкви. Он может наполнить его природной добротой или умом, но, отдавая всё это без конца со сцены, истощается, потому что, как написал отец Роман, «возможно ль раздавать, не получая?». Он и сам рассказывал о своей нецерковной молодости: выступая у себя на Брянщине на концертах, вкладывал в песни всю душу, а когда слушатели расходились и он начинал разбирать аппаратуру, то ощущал страшную тоску.
Конечно, и у людей нецерковных бывают прорывы к высокому (как говорил отец Роман, в творчестве любого автора есть свои вершины и пропасти), но никто не удержится на этой высоте без помощи Божией, находясь вне церковной ограды.
Если у слова есть «оболочка» и то тепло, которым она наполнена, то, наверное, то же самое можно сказать и об изображении. Иногда отец Роман, глядя на фотографии состарившихся «звёзд» Голливуда, говорил, что с возрастом «страсти выходят наружу». Любые правильные черты лица, юношеская миловидность могут превратиться в страшную карикатуру на самих себя (вспоминается «Портрет Дориана Грея»).
Но бывает и так, что человек, будучи от природы не очень красивым, с годами делается всё более одухотворённым, и это отражается в его внешнем облике. Как написал святитель Иоанн Златоуст, «красота души такого свойства, что и в старости имеет многих любителей, потому что никогда не увядает и всегда цветёт».
Несколько лет назад отец Роман вместе с послушником писал иконы и однажды предложил попробовать написать икону и мне. Нанести на картон контур мне как-то удалось, но, взявшись за краски, поняла, что ничего у меня не получится. На другой день отец Роман сам продолжил мою работу, и под его кистью из моей грязной лужи вдруг стал проступать образ Божий.
— Отец Роман, это и жутко, и прекрасно, когда из хаоса возникает лик… И с человеком так же, да?
— Да, по мере того, как человек освобождается от того, что приобрёл в мiру, он обретает лик. Посмотрите на отца Николая — в старости он светился! Потому что был сосудом благодати Духа Святаго…
Икону, начатую мной и завершённую им, отец Роман освятил и отдал мне. Это мой любимый образ — Спас Нерукотворный. А ещё у меня есть карандашный набросок отца Романа, сделанный незадолго до того, как он отошёл ко Господу. Образ получился несимметричным, и с профессиональной точки зрения это брак, но он исполнен такой доброты и тепла, что для меня дороже любого шедевра.
* * *
Прошу прощения за то, что хотела написать о старце Николае, а получилось, что написала больше об отце Романе. Пусть хотя бы в завершение прозвучат слова, которые несколько лет назад посвятил ему отец Роман:
Да бyдут словеса твоя мала.
Еккл. 5: 1
Говорил устало
Старец у крыльца,
Слово обновляло
Ветхие сердца.
Не пускал на ветер
Звуки, аки дым,
Взрослые как дети
Плакали пред ним.
Кайтесь и молитесь,
В ком душа жива!
Гнева берегитесь, —
Вот и все слова.
Разве это семя? —
Кто-то упрекнёт.
Почему ж всё время
Шёл к нему народ?
Новое не ново,
Если мiр не нов.
Прожитое слово
Больше книжных слов.
В проповеди мало
Петь, как соловьи:
Выстрадай сначала
Словеса свои!
Ольга Надпорожская
Сайт «Ветрово»
24 августа 2026
Очень хорошая фотография — похоже сделана в храме отца Николая на острове.
Со святыми упокой, Господи рабов твоих прот. Николая и иеромонаха Романа и святыми их молитвами прости нас грешных и спаси нас !!!
Низко кланяюсь Вам, Ольга Сергеевна за эту статью, храни Вас Бог и Матерь Божия Пресвятая Богородица !
Присоединяюсь к отзыву Веры Николаевны. Спаси Господи Вас Ольга Сергеевна.
Спаси Бог Ольга Сергеевна. Царства небесного протоиерею Николаю и иеромонаху Роману.
…чтобы заговорил Бог, нужно человеку замолчать..
*Молчания искали все великие души, ибо глубоко чувствовали истинность народной мудрости: «Молчание — золото». Всякий думающий человек испытал и знает, что он есть не то, что он говорит о себе, а то, что остается невысказанным. Не то, о чем умышленно умалчивается, а то, что высказать невозможно.
Наши разговоры с людьми — мелкая монета, которой мы себя выкупаем, в то время как крупная остается у нас. Или так: среди людей мы меняем маски, в то время как истинный душевный портрет остается сокровенным.
Молчаливы и все великие стихии, молчаливее же всех Бог, говорливы лишь малые творения. Удивительно ли, что высокие души молчаливы?*
Старца Николая Гурьянова к приближающемуся празднику Успения Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии —
МОЛИТВЕННОЕ ОБРАЩЕНИЕ КО ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ
В неизвестности, смиренно
В Назарете Ты цвела,
Средь молитв, уединенно,
Мирно жизнь Твоя текла.
Но Святой Своей десницей
Бог Тебя приосенил,
И небесною Царицей
Кроткой Деве быть судил.
Безызвестную обитель
Свет небесный осиял
Пред Тобою небожитель
С вестью радостной пристал.
Благовестнику внимала
Ты с смущенною душой, —
Но с покорностью сказала:
«Воля Бога будь со Мной!»
Все сбылось — Твоя Порфира,
Краше всех земных порфир!
Сын Твой — Бог, Спаситель мира!
Пред Тобой склонился мир!
Но и тяжких испытаний
Много Ты перенесла!
Крестных Господа страданий
Соучастницей была!
Ты молилась, изнывала;
Но к виновникам скорбей
Ты враждою не пылала…
Ты молилась за людей!..
И теперь, воспоминая
Твоего Успенья час,
Мы взываем: «Пресвятая,
Заступи, — помилуй нас!»
Много бурь в житейском море!
Средь его сердитых волн,
Без Твоей защиты вскоре
Наш погибнет утлый челн!
Дай нам сил к сопротивленью
В нас бушующим страстям!
Укажи нам путь к спасенью,
К безопасным берегам!
Дай — чтоб нас взяла могила,
Чуждых мира суеты!
Дай почить, как Ты почила,
И проснуться там, где Ты!..
____________________
Упокой, Господи, души раб Твоих старца Николая и иеромонаха Романа в месте злачне, в месте покойне..
Вечная память!
______________________
Там, в предыдушем моем комментарии-заметке, не высветлилось почему-то то, что эти прекрасные мысли святого Николая Сербского!
Всем добра да подаст Господь!
Людмила, очень вероятно, что эти стихи написаны не отцом Николаем. Время было безбожное, и он собирал любые духовные стихи, которые ему встречались. Конечно, люди приписывали авторство отцу Николаю.
Оля, тоже не всякому голосу доверяю…
здесь же ..покаяния двери отверзи мне Жизнодавче…
и взяла отсюда — https://azbyka.ru/fiction/molitvennoe-obrashhenie-ko-presvyatoj-bogorodice-guryanov-nikolaj/
_____________________________
спаси Господи за такие вот публикации!
Спаси Господи Ольга Сергеевна, очень интересная статья. Царствие Небесное протоиерею Николаю и иеромонаху Роману. И батюшка Роман на фото такой радостный. Слава Богу!
«Но когда мы видим эти стихи на бумаге, они оказываются очень слабенькими…Поэтому я против публикации стихов старца Николая».
Ольга Сергеевна, извините, но я с Вами не согласна. Слово всегда живо и всегда дышит, даже если оно напечатано на бумаге. Разница лишь в том, от кого это слово исходит. Если слово прошло через сердце человека, оно несёт тот дух, что в человеке. А если слово (текст), как говорится, высосано из пальца, то есть написано только от ума, без участия сердца, то оно мертвое.
Можно привести много примеров мертвых текстов. Да, они правильные, умные, но не животворят, не трогают душу, не трогают сердца. Но бывает и такое, что люди разного духа, и тогда текст тоже не задевает за живое. Я имела опыт такого прочтения многожды, но один случай мне ярче всех запомнился. В 2004 году я «познакомилась» со святым, нашим современником, и, когда читала его книги, не могла оторваться, читала «взахлёб» в переводе с другого языка. Через 10 лет мне захотелось перечитать эти книги: пошла в библиотеку, взяла их и стала читать. Но вот ведь странность какая – не идёт чтение: я и так, и сяк, но не могу, и всё. Мне хотелось ощутить ту живость, то тепло, но… Стала разглядывать книгу и обнаружила, что издания разные, и переводчик совсем другой, ещё, возможно, книгу «подредактировали». Понимаете, другой переводчик не передал того духа, что был у автора. Кому как не Вам знать, что люди — это переливающиеся сосуды. Да, он, может, точнее и вернее сделал перевод, но дух не передал, либо мы с переводчиком были разного духа.
Считаю, что если есть что печатать, надо печатать: книга всегда найдёт своего читателя. (ваше право удалить, если что)
Татьяна, я не занимаюсь изданием стихотворных сборников отца Николая – у меня нет для этого возможностей, а даже если бы были, не стала бы этого делать. Если представить себе, что я была бы, например, главой издательства и мне нужно было бы издать книгу, связанную с отцом Николаем, то лучше издала бы книгу воспоминаний о нём – хороших воспоминаний действительно много. В Церкви было много замечательных старцев — и преподобный Серафим Саровский, и Оптинские старцы, и старцы XX столетия. Но они не были поэтами и церковными писателями. У них было другое служение.
Есть настоящие литературные произведения, в том числе церковных авторов, которые имеют ценность сами по себе. Есть труды учителей Церкви, гимнографов. А есть слово старца, сказанное кому-то в утешение. Оно хорошо как часть воспоминаний о нём (и то не всегда будет понятно), но не как самодостаточное произведение. Не любой старец – великий поэт, певец или иконописец, и он совершенно не обязан им быть.
Есть слова, которые всецело зависят от того, с каким наполнением они произнесены. Например, слово «бестолковая»: им можно согреть, а можно оскорбить. Не зря мне всё время приходят на ум артисты: они владеют этим виртуозно, только у них это всего лишь игра. Человек, желающий сыграть старца, даже произнося его оригинальные слова, будет всего лишь артистом. К сожалению, это встречается не только в кино.
Многие стихи, которые приписывают отцу Николаю, на самом деле были им только собраны. Он жил в то время, когда совсем не было духовных книг, и записывал всё, что ему встречалось. В народе много духовных стихов, но далеко не все высокого уровня.
По поводу книги святого, о которой Вы говорите. Может быть, дело не только в переводе или редактуре, но и в Вас. Вы могли измениться. В студенческие годы я чуть не целовала страницы «Братьев Карамазовых», а спустя лет десять не смогла дочитать эту книгу до конца.
Есть и были церковные деятели, которые пишут просто глупые стихи. Они не чувствуют этого, окружающие стесняются им сказать. Это их слабость, а не достоинство. Искушение, которого они не выдерживают.
У слова много тайн.
Ольга Сергеевна. Скажу пока только одно: надо быть честным до конца. Могли бы отметить , что дополнили прежний ответ.
Да, Татьяна, я дополнила прежний ответ. А зачем повторять то же самое, если мы решили обсудить этот вопрос? Вы тоже вольны в своих высказываниях.
Царства Небесного Протоиерею Старцу Божьему Николаю+
Иеромонаху Божьему О. Роману+
Сердечно благодарим Ольга Сергеевна.
С Уважением и глубоким поклоном от всей семьи.
1.Ольга Сергеевна, я не принуждала Вас заниматься изданием сборников. В тексте есть фраза: «Поэтому я против публикации стихов старца Николая»; следовательно, кто–то, когда–то, где – то говорил или хотел, чтобы эти стихи были изданы. Поэтому я и написала: если есть что издавать, то следует издавать. Ни больше ни меньше.
2.(А есть слово старца, сказанное кому-то в утешение. Оно хорошо как часть воспоминаний о нём (и то не всегда будет понятно), но не как самодостаточное произведение.)
Согласна с ВАми: не всем дано быть поэтом с большой буквы. Но слово старца всегда найдёт своего слушателя, даже через книгу. Есть много примеров: письма валаамского старца, письма Иоанна Златоуста, слова Паисия Святогорца и многие, многие, другие. Думаю, они тоже были наполнены благодатью и любовью, и, читая их даже через годы и столетия, ощущаешь эту любовь. Об этом можно много сказать.
3.(…но и в Вас. Вы могли измениться.)
Да, бывает, люди меняются, и я изменилась радикально. Но восприятие слова – того, чем оно наполнено, какое у человека настроение, с каким посылом оно сказано, — не потерялось, скорее углубилось.
4. Мне не очень понятно сравнение с артистами. Что Вы хотели сказать? Ведь игра есть игра, и её всегда видно. Ну да ладно, что с бестолковой возьмёшь.
5. Повторюсь: если есть стихи отца Николая Гурьянова, даже если это не высокая поэзия, их следует печатать. Можно объединить вместе с воспоминаниями. Это моя субъективная точка зрения.
PS Печатать — это не личное обращение к Вам, а некий посыл
1 и 5. Татьяна, стихи отца Николая давно уже изданы отдельным сборником — и его собственные, и собранные им, всё, что входило в тетрадь отца Николая. И их включают в книги воспоминаний. Есть видеозапись, где отец Николай читает кому-то своё стихотворение — это как раз даёт представление о том, как он разговаривал с людьми, в том числе и стихами.
2. Конечно, письма святых отцов — это очень важная часть их наследия. Возможно, кто-то именно через письма наиболее полно нам открывается — например, как мне кажется, святитель Феофан Затворник. А святитель Иоанн Златоуст вообще мастер красноречия.
Стихи отца Николая — «домашние», они хороши не красотой слова, а как часть его души. Их нужно расценивать не как искусство, а как способ взаимодействия с людьми, их утешения. Многие люди пишут стихи, оставляя в них часть своей души, но бо́льшая часть этих стихов — для того, чтобы делиться ими с близкими, а не составлять из них сборники. В Церкви много выдающихся мастеров слова, их произведения не только утешают слушателя, но передают глубокие мысли, переживания, облечённые в высокохудожественную форму. Церковь отбирает лучшее. Не всякий священник, пишущий стихи, может именоваться церковным поэтом.
Дети замечательно рисуют, бывают выставки детского рисунка. Любая мама дорожит рисунками ребёнка и хранит их долгие годы. Но их не включают в собрание Третьяковской галереи. А если ребёнок напишет икону, в Храм её тоже не возьмут.
3. Если Вы изменились, то могли и перерасти что-то, начать нуждаться в другой пище. Но не спорю, плохой перевод может перевернуть текст с ног на голову.
4. Не будем больше про артистов, это отдельная тема. Мне пришла в голову эта параллель, поскольку они тоже работают со словом и умеют наполнять его почти любым содержанием.
Ольга Александровна, что — то я Вас никак не пойму: то унисон, то диссонанс, то «вода», то «сумбур». Наверное, мне надо ещё расти и расти, маленькая ещё.
Простите меня.
Спасибо за ответ и за известие о книге стихов о. Николая Гурьянова, я не знала.
И Вы меня простите, Татьяна… не знаю, Александровна ли.
Простите ошиблась, Ольга Сергеевна.
Ничего страшного.
Уважаемая Ольга Сергеевна, спасибо большое за молитвенную память о наших дорогих батюшках! Спаси Вас Христос и Матерь Божия! Скажите пожалуйста , не планируется ли концерт посвященный иеромонаху Роману , как в 2024 году на территории Сретенского монастыря?
Здравствуйте, Андрей! Пока такой вечер не планируется. Если будем проводить такой вечер, обязательно сообщим об этом на сайте!