В Неделю о блудном сыне
Еще сказал: у некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение. По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил всё, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться; и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он рад был наполнить чрево свое рожка́ми, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся. И начали веселиться. Старший же сын его был на поле; и возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое? Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым. Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его. Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козлёнка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; а когда этот сын твой, расточивший имение своё с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка. Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и всё мое твое, а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся.
Евангелие от Луки, 15: 11-31
О чем ни говорит нам неделя блудного! Говорит и о нашем покое и довольстве в доме Отца Небесного, и о безумном нашем порыве из под блюстительства Отчего на свободу необузданную, и о богатстве наследия присвоенного нам, несмотря на непокорность, и о безрассудной растрате его на всякие непотребства, и о крайнем следствие того, — обеднении нашем. Но говорит затем и о том, как кто опомнивается и, в себя пришед, замышляет и решается возвратиться к Отцу многомилостивому, как возвращается, как любовно принимается и восстанавливается в первое состояние.
И кто здесь ни найдет благопотребного для себя урока? В доме ли отчем пребываешь, не рвись вон на свободу. Видишь, чем кончился подобный опыт! Убежал ли и проматываешься, остановись поскорей. Промотал ли все и бедствуешь, решайся поскорей возвратиться, и возвратись. Там ждет тебя вся снисходительность, прежняя любовь и довольство. Последний шаг самый нужный. Но распространяться насчет его нечего. Все сказано коротко и ясно. Опомнись, решись возвратиться, встань и спеши ко Отцу. Объятия Его отверсты и готовы принять тебя.
Святитель Феофан Затворник
Из книги «Мысли на каждый день года по церковным чтениям из Слова Божия»
Сайт «Ветрово»
7 февраля 2026
Настоятель нашего Храма в Петербурге, говоря проповедь о блудном сыне, всегда обращает внимание на слова: в себе же пришед (придя же в себя)… Но он толкует эти слова в их мiрском, житейском значении: кто-то был не в себе, а потом пришёл в себя, то есть в чувство. Наверное, из-за того, что из года в год священник говорит об этом, мне стало видеться в этих словах что-то более глубокое.
У святителя Филарета (Дроздова): «Прежде блуждал он мыслями и желаниями вне себя, по предметам своих страстей и похотей, и, когда скучал от их неудовлетворительности, в них же искал для себя новых обаяний. Счастливо для него крайнее бедствие вне, которое обращает его внутрь. Вошед в себя, он яснее сознает, чего требует душа его, и как многаго ей недостает; воспоминает Отца небеснаго, и блага, которых лишился чрез удаление от Него; и решается возвратиться к Нему, то-есть, оставить жизнь греховную, и жить по заповедям Божиим. – Берегись разсеяния, желающий спасения; входи в себя; внимай себе и Отцу небесному».
Это уже созвучно евангельскому: Ты же, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, Иже в тайне: и Отец твой, видяй в тайне, воздаст тебе яве (Мф. 6: 6).
А у отца Романа в стихотворении «Блудный сын» очень нравится строчка «Я жрал рожцы мечтаний и деяний». Не могу не думать при этом об искусстве и его последствиях. Впрочем, и все остальные строчки нравятся, до самого конца:
Я обойдусь без дорогой одежды —
Мне без Тебя уже не обойтись.