МЕНЮ

Ветрово

Сайт, посвященный творчеству иеромонаха Романа

Помощь сайту

+

«Жизнь — Божий дар! Это священный дар, нельзя убивать!» — вспоминает Господа представитель организации по правам человека. Слушающие кивают, соглашаются, воодушевляются. Но ведь и свобода Божий дар! И этот дар не менее священен и безценен, чем жизнь, если не более. Даруя жизнь, Господь даровал и свободу. Эти два дара так же неразделимы, как тело и душа. И жизнь без свободы — издевательство над живущим. Некоторые пожизненно осуждённые просят себе смерти, но лукавым законодателям их прошения как горох о китайскую стену, да и жизни несчастных им нужны только для политических игр. Признай Запад смертную казнь — и сразу полетят головушки: лакействующие законотворцы тут же забудут, что жизнь — Божий дар, как уже забыли, что Божий дар — свобода.

+

Смотрел документальный фильм о маньяке. Более двадцати лет он насиловал и убивал девочек, совсем детей. Число жертв перевалило за семьдесят. Но как верёвочка ни вьётся… — попался. Что меня поразило — обычное человеческое лицо. Это и пугает: если раньше злодей был виден и узнаваем, то теперь зло изощрилось, принимает вид доброты; люди стали ближе к дьяволу, грех не мучает душу и не безобразит, не мрачнит лицо, живя чудовищем в душе, вылезая временами на свою сатанинскую охоту.

+

Давно как-то прочёл статью о двух подростках. Они заманивали в подвал наивных юношей, девушек, и там насиловали, изгалялись, как могли. И так длилось не один месяц и год. Последними их жертвами были два второклассника. Как только над ними ни издевались… Наконец, убили и пошли обворовывать их дома, но там оказались родители.

И вот сидят эти юные нелюди на скамье подсудимых героями, без тени сожаления и покаяния. В зале находятся родители жертв и этих… И что поразило — родители палачей с ненавистью смотрят на убитых горем родителей мальчиков и сверкают глазами: «Из-за ваших Петьки и Пашки судят наших деток!» Вот с кого нужно начинать суд! Впрочем, что суды человеческие? Дали им по семь лет. Окончат они в тюрьмах и лагерях университеты и академии зла и выйдут в двадцать четыре года для продолжения прежней весёлой жизни.

Каюсь: читая статью, я пожелал смерти и юным палачам и их родителям. Потом спохватился и стал думать, что бы мог предложить сам. И, как единственный шанс для исправления, посоветовал бы — посадить их в камеры-одиночки и дать одну книгу — Евангелие. И никакого общения с мiром — побудьте с собой, покопайтесь в собранном. И то зло, и адский мрак, которые изливались на жертвы, пошли бы на них. Они могли бы и забесноваться, могли бы искурить или изорвать Святое Евангелие, но так как человек не может жить без информации — рано или поздно открыли бы Новый Завет. А если бы открыли — увидели бы жуткую бездну, которую разверзли для себя. Увидели бы и Лик Единственного, Который не гнушается ими и ждёт их новой жизни.
+

Показали родителей оставшегося в живых бандита, захватывавшего школу в Беслане. «А что, — говорят отец и мать, — он никого не убивал там, за что его судят?» Подсудной должна быть такая непонятливость!

+

Клеймят работорговлю, наркодельцов. Но работорговцам и наркодельцам эти взывания к совести как припарки мёртвым. А ведь по мере преступления должно быть и наказание. Нашли в доме зиндан (подвал для рабов) — взорвите дом. Поймали торговца наркотиками — конфискуйте особняк. Когда увидят, что на рабах и наркотиках не разбогатеть, число желающих обогатиться таким путём уменьшится. Никто же не занимается разорным бизнесом. Нет, не рубят под корень, видно, перепадает и хранителям закона.

+

Лукавство и угодничество не знают меры. Запад ввёл мораторий на смерть, лакеи и рады стараться. И получается, что права убийц важнее прав жертв! Беззаконны законы беззаконников! И будут убийц женщин, стариков и детей кормить и содержать родственники невинно убиенных, как кормят матери замученных девочек пойманного маньяка. Не по-человечески? Зато угодили Западу. А там, глядишь, и власть сменится, и новые иуды издадут новые, ещё более «гуманные» законы, и пожизненное сменится досрочным освобождением «за хорошее поведение» или откупом.

+

За смертную ли я казнь? Не боюсь ли ошибок правосудия? Обычно второй вопрос приводят как последний, самый веский довод, снимающий все сомнения: пока возможны ошибки — смертная казнь недопустима! Ладно бы на это ссылались неверующие! Но когда священники говорят об этом — хочется одёрнуть: не показывай своего неверия в Промысл Божий! Ведь только Своим угодникам Господь открывал время отхода. Рано или поздно отходить придётся, и как думаете: к Вечности лучше приготовиться в камере для пожизненно осуждённых или в камере смертников?

И всё же, за смертную ли я казнь? Не стану никому желать смерти, приведу слова Григория Богослова: «Если не умрём теперь, то разве никогда не умрём? Разве никогда не воздадим должного природе? Лучше обратим в дар, что надобно уступать по необходимости: перехитрим смерть; всем общее обратим в свою собственность, и ценою смерти купим жизнь. Ни один из нас да не будет животолюбив и робок» (Слово 16-е, на память святых мучеников Маккавеев).

Чем гнить неведомо сколько, я почёл бы за Милость Божию, если бы мне сказали день и час, когда за мной придут. Приготовился бы к генеральной исповеди, пособоровался, Причастился и… с Богом к Богу! Последние дни старался бы жить настоящим подвижником, что почти невозможно при пожизненном сроке. Какое расстояние легче пробежать — пятьдесят метров или пятьдесят километров? Если пятьдесят метров пробежит или пройдёт любой, то пятьдесят километров осилят редкие единицы. А ведь главное — дойти, достойно приготовиться к встрече со Христом, чему более способствует смертная казнь, а не пожизненное заключение.

Если бы я был великим подвижником, имел дар молитвы и был уверен, что долгие годы меня не расслабят, что изо дня в день буду восходить, возрастать духовно, что мне не повредит пожизненный срок — положился бы на решение судей. Но так как я обычный человек и не имею уверенности, что буду постоянно восходить, и просто опасаюсь за свою душу — посчитал бы благом для себя воплотить в жизнь слова святителя Григория. (Так думаю сейчас, находясь в уединении, после молитвы; хотелось бы, чтобы так и было, но ручаться, что так и будет — и неразумно, и самонадеянно.)
+

В древние времена в пустыне подвизался отшельник. Родная сестра и племянник подвижника жили в городе. Захотел правитель повидаться с ним и поступил, как ему казалось, самым надёжным способом — посадил племянника в темницу и сказал его матери: придёт брат — отпущу, не придёт — казню. Та в слезах стучится к брату: иди скорее, не то его казнят.

— Я его не рожал! — послышалось из-за двери.

— О медное сердце! Это же мой единственный сын!

— Скажи правителю: Если он виновен — пусть казнит. А если нет, то пусть вспомнит, что и сам ходит под Богом!

Передала плачущая мать сказанное правителю, и тот понял, что не мірскому властелину приручать человека Божьего, и отпустил юношу. Мір увидит и осудит жестокосердие отшельника, а мы ублажаем верность Сказавшему — Но и власи главы вашея вси изочтены суть (Лк. 12: 7).

+

Какие уж темы и вопросы не затрагивают на многочисленных телевизионных встречах! Покричат-покричат, выпустят пар и, не получив ни ответов, ни ясности, расходятся по домам. Может, для этого и собираются? «У нас теперь везде ставят вопросы, мы всё забросали вопросами. Но ведь главное, что в этой мании вопросов нам нравится — это то, что они не разрешены. Разрешите их, и вы ужасно огорчите всех этих спрашивающих» (Ф. М. Достоевский).
+

Президент самостийной державы дал звание героя страны эстрадной певице. Ну нравится тебе её голос или причёска (о вкусах не спорят), подари ей особняк, вертолёт, самолёт — всё, что угодно, но не опошляй звание героя! Человек всю жизнь прожил в своё удовольствие, пропел, проплясал на сцене — какой там риск для жизни? В чём её геройские поступки? Поражаешься помрачению современных вождей — пастырей народов. Как испохабили это высокое слово!

Под стать им и ведущие (точнее, уводящие от здравого, нравственного, высокого) на телевидении. Сидят так называемые «герои» — очи б не видели! Вот девица, переспавшая с отцом. Ведущий величает ту, которой уже и психиатр не поможет — «наша героиня»; вот подросток, пришедший поделиться опытом обворовывания магазинов — тоже «герой». Назови их — наш гость или гостья, наши персонажи, главные виновники передачи, темы — нет, «наши герои»! А глупая, вместо того, чтоб провалиться сквозь землю, принимает позор за славу, цветёт и пахнет: ей всё внимание.

+

Ныне повсюду развелось салонов красоты, как мухоморов в безлюдном лесу. Появились и «доктора красоты». И нужно сказать, никто не сидит без работы. Вот молодая девица просит «сделать глаза побольше, убрать отовсюду жир, удлинить нос, утолстить губы». Как будто она большие глаза не наполнит похотью, сделает добрее, как будто, служа плоти, снова не ожиреет. Бедняжке бы разобраться, для чего она пришла на эту Землю, встретиться с собой и начать приводить в порядок свою душу — тогда не нужно было бы залезать в долги или копить деньги на безсмысленные операции.

+

«Женский вопрос. В природе всё рассчитано на нормальность, всё рассчитано на святого и безгрешного. (Мужчине 30 лет и женщине 30 лет.) Красота даётся женщине вначале, чтобы привязывать мужчину, ибо нравственная связь ещё слаба. Потом и не надо уж красоты, любят женщину, потому что сживутся душами (органическое соединение)» (Ф. М. Достоевский).

+

Как люди боятся старости! А ведь старость прекрасна, когда чиста, мудра и опытна в добре. А так как стареющие в юные и молодые годы занимались чем угодно, но только не собиранием перечисленного, и видят смысл оставшейся жизни в дальнейшем служении плоти и страстям, то и обивают пороги всяческих салонов, и ложатся на операционные столы, пытаясь хоть скальпелем удержать уходящую молодость. И раз им подтянут кожу, и два, но маска молодости — не молодость. Тщетны уговоры! Человек настолько привык к обману, что и помереть, не обманув, уже не может.
+

Молодая девица утыкала себя кольцами и булавками. Кольца и булавки в бровях, ноздрях, губах, ушах — не лицо, а прилавок ювелирного магазина. Сидит, точно её прогнали с операционного стола и забыли снять хирургические зажимы. И смотреть-то больно, не то что писать стихи о любви. Бедный её ухажёр, видно, на свидание ходит с аптечкой. Так и хочется помазать йодом и бинтами перемотать изъязвленные места. Неужели в душе совсем нет ничего, и приходится обращать на себя внимание таким способом?

+

Как внутреннее влияет на внешнее! Светские люди и не подозревают, кто лепит их внешность и наряды. Когти присущи хищникам. Пока женщина не уберёт хищницу внутри — будет растить ногти по два и более сантиметров; пока не победит тщеславие — будет одеваться вычурно, крикливо; пока не отгонит беса блуда — будет оголять ноги и носить глубокие вырезы на груди и спине. По одежде судят — не в бровь, а в глаз руская пословица.
+

Человек создан для Правды. Редко кто скажет, что живёт для лжи. Никто не радуется, приобретя поддельное золото или украшение. Почему же мiр так легко принимает поддельную красоту (или то, что выдаёт за красоту)? Речь о внешности, о подкрашивании ресниц, губ, бровей, век, волос, о ношении париков. Вот как Григорий Богослов похваляет свою мать Нонну: «Если другие жены тщеславятся и превозносятся красотою, как естественною, так и поддельною; то она знала одну красоту, красоту душевную и старалась сохранять или уяснять в себе, по мере сил, образ Божий, а поддельные и искусственные украшения отвергала, представляя их определившим себя на зрелища… Глупые жены, которые, по недостатку собственной красоты, прибегают к румянам и прекрасно (сказал бы я) позорят себя, делаясь безобразнейшими от самого благообразия и гнуснейшими по причине своей гнусности… Притиранья, которые на лицах у женщин — безмолвные вывески нравов».

Все косметические ухищрения — «по недостатку собственной красоты»! Косметика — белый флаг сдающихся осаждённых. Страшен приговор кротчайшего учителя Церкви! Красящаяся выдаёт свою некрасивость-неполноценность! И люди принимают поддельное за настоящее!

«Красотою почитай благолепие души… и безобразием признавай душевную гнусность»; «Да погибнет тот, кто первый начал раскрашивать Божию тварь; потому что он первый примешал к краскам безстыдство» (свт. Григорий Богослов).
+

Мода — тщеславненький кумирчик не нашедших себя. Милость Божия — жил в более суровое и здравое время. Летом сандалии или босиком, зимой валенки. А одежда — лишь бы зимой не холодно, а летом не жарко. И кто же диктует моды? Приходилось видеть заштампованных всеми пороками законодателей мод и ходячих вешалок. Всё крикливо, безвкусно и непрактично. Да и почему люди должны кому-то подражать? И если уж подражать, то порядочным, достойным, а не рабам пороков. Но мiр показывает своё направление, подражая пропастям, а не вершинам. До чего же красивы и удобны национальные одежды! Каждая девушка придумывала свой узор, вкладывала в шитье всю душу. Какой праздничный вид был бы в городах и весях, если бы люди, оставив бездушное «общечеловеческое», украсились родными одеяниями!

+

Профессия — модель. Вихляющими походками панельных девиц проходят ходячие манекены. «Ноги, идущие борзо, ненадёжные свидетели девства; и в самой походке бывает нечто блудническое» (Свт. Григорий Богослов). Жалкое зрелище духовному взору! Что за попирающая достоинство профессия — ходячая вешалка! Когда выступает писатель, поэт — они предлагают зрителям рассказы, стихи. Что же предлагают на помостах эти девицы? Свои кости, свои скелеты для показа тряпок.

+

«Руской женщине некому подражать, да и незачем. А станет кому подражать, то ступит на самую дурную дорогу» (Ф. М. Достоевский).
+

Отпевал молодую женщину. Глянул на лицо и чуть не отшатнулся — ярко накрашенные губы, на щеках румяна. Спрашиваю у родственников: «Кто додумался?» И услышал: «Это была её последняя воля». Тяжко стало: хоть бы кто-то имел понятие — или умершая, или живые родичи. Нищая покинула нищих.

+

Скорби нам нужны, как вода и воздух. Более десяти лет назад оказался в незнакомом доме. Хозяйка раскрыла альбом. Вот она в молодости, вот она на гулянии. Всё пустое, внешнее, мiрское. И вдруг увидел женщину, сидящую у гроба с телом мальчика. И столько было в этом лице страдания, мудрости и очищения, что я не узнал недалёкую в застольях веселуху. О, если бы мы знали свои глубины! Если бы знали, какое богатство внутри нас!

Заметки на полях

  • ЛАРИСА, ВОРОНЕЖ , 21.02.2018 в 20:54

    БАТЮШКА ДОРОГОЙ,С РАДОСТНЫМ ПОСТОМ! БЛАГОСЛОВИТЕ.ВЫ,КАК ГОЛОС СОВЕСТИ,МАЯК. ПРОЯСНИТЕ МНЕ,ГРЕШНОЙ,НАСКОЛЬКО ДОПУСТИМО ОБРАЩЕНИЕ К ВАМ «ОТЧЕ»…,ЕСЛИ МОЛИТВА ГОСПОДНЯ НАЧИНАЕТСЯ С ОТЧЕ НАШ… ? ХРАНИ ВАС БОГ! ВАШИ ОТКРОВЕНИЯ БЕСЦЕННЫ.ЭТО НЕ ПРОСТО СЛОВА,ЭТО ПРОПОВЕДЬ.ЖЕРТВА. СОГЛАСНА С КАЖДЫМ СЛОВОМ И ПОДДЕРЖИВАЮ ВАС.НЕ УДАЛОСЬ ВОВРЕМЯ ПОЗДРАВИТЬ ВАС С ПРЕСТОЛЬНЫМ ПРАЗДНИКОМ СВ.ИКОНЫ БОЖЬЕЙ МАТЕРИ «ВЗЫСКАНИЕ ПОГИБШИХ»(18.02),КОТОРУЮ НЕ ТОЛЬКО ПОЧИТАЮ,НО И ВОЗЛАГАЮ ОГРОМНУЮ НАДЕЖДУ ВО СПАСЕНИЕ ДУШ ЖИВЫХ И УСОПШИХ СРОДНИКОВ,ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН.

Витрина

Кни­ги иеро­мо­на­ха Ро­ма­на