col sm md lg xl (...)
Не любите мира, ни яже в мире...
(1 Ин. 2:15)
Ветрово

Ольга Словек. Два пути

В петербургском издательстве «Пальмира» вышел шестой том стихотворений иеромонаха Романа (Матюшина-Правдина) — «Лазурь святая». В сборник вошли самые новые стихотворения, написанные в 2006-2017 годах, многие из которых прежде публиковались только на сайте «Ветрово». Предлагаем вашему вниманию вступительную статью из этой книги.

Иеромонах Роман. Лазурь святая

Что избираем, то и воздаёт.
К чему винить превратности судьбы,
Коль путник обязательно придёт
Туда, куда направлены стопы?

Идущим в пропасть оправданья нет,
Закон извечный разумеет всяк:
Свет просвещает возлюбивших Свет,
Мрак поглощает возлюбивших Мрак.

(«Два пути», 2017)

Это стихотворение завершает сборник иеромонаха Романа «Лазурь святая» и подытоживает тему многих его стихов — и ранних, и написанных в последние годы. Конечно, два пути — это в первую очередь выбор между дорогой ко Христу и любой другой дорогой, между Божьим миром, который «внутрь нас есть», и «мiром сим», лежащим во зле. Но для творческого человека это еще и выбор восхождения на одну из двух гор:

Есть две горы — Голгофа и Парнас.
А выбор и последствия — от нас.

И каждая наглавьем из венца
Влечет к себе несхожие сердца.

Неверному никак не разглядеть
Под смертью — Жизнь, под суежизнью — смерть,

И царство Света, и лжецарство тьмы!
Воюют горы? Нет, воюем мы!

И что б ни взял ты, кисть иль карандаш,
Одной горе хвалу и честь воздашь.

Куда бы ни направил сердца взор,
Он устремится на одну из гор.

И где бы ни был, в поле, в алтаре, —
Приносишь дар всегда одной горе.

И в смертный час наследуем дары
От некогда возлюбленной горы.

И у́зрят все — о Радость, о туга́! —
Кто Спаса, кто губителя-врага.

(«Выбор», 2013)

Много лет назад, вдумываясь в смысл слов «искусство» и «творчество», отец Роман пришел к выводу, что первое из них восходит к слову «искуситель», второе — к слову «Творец» («Искусство. Творчество. Два брата-близнеца?..», 1994). «Искусство — идол, творчество — стезя», — написал он тогда. Идолопоклонство — характерная черта не только язычества, но и атеизма, и внутренней жизни человека, потерявшего Бога. Как говорит отец Роман, «человек рожден для поклонения», и, если не знает Бога, всегда найдет, чем Его заменить: свято место пусто не бывает. Вспомним только один пример такого поклонения — прекрасное стихотворение Марины Цветаевой, в котором она, используя слова церковных молитв, воздает Александру Блоку почести, подобающие только Богу: «Свете Тихий — святыя Славы — Вседержитель моей души». Осип Мандельштам в годы безбожия очень точно определил веру своих современников: «Культура стала церковью». Нам кажется, что времена эти в прошлом, но не называем ли мы до сих пор — осознанно или нет — кумирами актеров и музыкантов? Театр — храмом искусства, где на сцене священнодействуют? А чтение классической литературы, посещение музеев и концертных залов — духовной жизнью?

Культура проникла в наши души гораздо глубже, чем христианская вера: ведь она питала нас от рождения, а в Церковь мы если и пришли, то гораздо позже. Культура настолько стала «нашим всем», что мы до сих пор искренне путаем душевную жизнь с духовной — не только мiряне, но и священники: некоторые из них всерьез предлагают причислить к лику святых… писателей-классиков (об этом — стихотворения иеромонаха Романа «О святости» и «Идолопоклонство»).

«Все мы знаем из Евангелия о блудном сыне, но есть еще и блудная дочь — культура, — говорит отец Роман. — Блудный сын голодал, хотел напитаться рожцами, которыми кормят свиней, но ему их не давали — и тогда он вернулся к Отцу. А блудная дочь, расточив наследство и начав голодать, научилась готовить рожцы сама и стала питать ими других. И пока она не вернется к Отцу — будет гибнуть сама и других вести к погибели».

Если первый путь — искусства — это уход от Бога, идолопоклонство и восхождение на Парнас, то каков же второй — подлинного творчества, приводящий и поэта, и читателя ко Творцу?

«Важно не то, насколько велик дар человека, а как он использует дар, — говорит об этом пути отец Роман. — Душа — это зеркало, которая отражает все, что перед ним находится: повернешь его к свету — отразит свет, повернешь к нечистотам — нечистоты и отразит. И лучше быть каплей росы, отражающей небо, чем мутным океаном, который уже ничего не способен отразить и может только отравить. Постараемся сделать главное — очистить свою душу, чтобы в ней могло отразиться Солнце.

Когда мы смотрим на мир через окно, чистое стекло позволяет видеть всё ясно, без искажений. Но если кто-то „великий“ начинает рисовать на этом стекле свои картины, то они, пусть и „гениальные“, лишь искажают Божий мир, если не зачеркивают его совсем. Поэтому многие, даже самые лучшие писатели не соединяют, а разъединяют человека с Богом, предлагая вместо Божьего свое, ставя себя на место Создателя». Вот почему отец Роман советует пишущим людям «ничего не придумывать», «не создавать мiры» и стараться «не сфальшивить» — ни в творчестве, ни в жизни.

Пытаться творить так, как предлагает отец Роман, — значит жить в подвиге покаяния и молитвы, и совсем не для того, чтобы написать удачное стихотворение или картину. Стихотворение и картина будут только отблеском жизни христианина, из последних сил, «кровавя скользкую дорогу», идущего к Богу — чтобы быть причастным Любви, Чистоте, Жизни Вечной. Это настолько трудно, что отец Роман называет этот путь Голгофой. Но именно так жили евангелисты, летописцы, иконописцы, церковные поэты — святитель Григорий Богослов или преподобный Роман Сладкопевец.

Творчество иеромонаха Романа уникально как раз тем, что он не ищет своего и старается отражать Божье, — много ли наберется таких поэтов за всю историю человечества? Каждый, кому довелось повстречаться с отцом Романом, очень скоро понимает, что главное в нем — не то, что он поэт, а то, что он монах и священник. Если бы даже отец Роман совсем не писал стихов, он ничего не потерял бы как личность и не был бы меньше нужен людям. Его слово, пусть и не облеченное в стихотворную и музыкальную форму, пробуждает, согревает и ободряет души паломников, приезжающих в скит, земляков и добрых друзей, которых отец Роман иногда навещает. Но если устные рассказы отца Романа слышат немногие, то для его стихов и песнопений нет границ, и число читателей и слушателей может быть бесконечным.

Из-за того, что иеромонах Роман избегает публичности и путь его с каждым годом делается все более «неотмiрным», его поздние стихи известны не так хорошо, как ранние песнопения. Но именно эти стихи часто наиболее совершенны с литературной и духовной точек зрения. Иногда это проповеди, притчи или пастырские наставления, а иногда — то самое отражение Неба в капле росы, о котором говорит отец Роман.

…Словно в сказке иль во сне —
Так легко дышать!
Чистый воздух, чистый снег,
Чистая душа!

(«Пред Рождеством», 2017)

Стихи и песни иеромонаха Романа многим помогли найти свой единственный путь к Свету, Просвещающему всякого человека, грядущего в мiр. Как считает отец Роман, в этом и заключается предназначение поэзии. Если же этого не происходит — нет смысла ни в написании, ни в издании, ни в чтении стихотворений.

Ольга Словек

Уважаемые читатели, прежде чем оставить отзыв под любым материалом на сайте «Ветрово», обратите внимание на эпиграф на главной странице. Не нужно вопреки словам евангелиста Иоанна склонять других читателей к дружбе с мiром, которая есть вражда на Бога. Мы боремся с грехом и без­нрав­ствен­ностью, с тем, что ведёт к погибели души. Если для кого-то безобразие и безнравственность стали нормой, то он ошибся дверью.

О слово!

Новая книга иеромонаха Романа

Просьба

Помогите справиться с мошенником!