col sm md lg xl (...)
Не любите мира, ни яже в мире...
(1 Ин. 2:15)
Ветрово

Беседа с афонским пустынником

Отсутствие православного сознания у современного епископата — главная проблема Церкви

Недавно нам удалось встретиться и побеседовать с одним из пустынников Святой Горы, весьма образованным и начитанным человеком. Во время этой встречи мы затронули некоторые важные вопросы современной жизни Православной Церкви, старец рассказал о жизни многих почивших пустынников, которых он знал лично. Мало кто знал о них: это были действительно те, которых весь мiр не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли[1], согласно словам апостола Павла.

Для современного человека, избалованного разнообразными изобретениями науки и техники, комфортной жизнью, монахи, а тем более пустынники — это что-то совершенно странное и непонятное. Их сегодня, скорее всего, будут считать за сумасшедших. Лишенные всех удобств жизни, проводящие дни в узких пещерах или маленьких крохотных кельях, расположенных в отвесной скале на восточном обрыве Святой Горы, словно ласточкины гнезда, — они жили в крайней нищете, но никогда почти не покидали Афон, навсегда умерев для внешнего мiра. Монашество — это не просто обет девства, а таинство жизни в Боге, это всецелая жертва Богу.

Монашество дало Церкви очень много: и церковный богослужебный устав, и святителей, патриархов Церкви.

Сегодня в нашу церковную жизнь, подчеркнул старец, активно внедряется магическое сознание, теряется подлинное духовно-мистическое восприятие Церкви как Тела Христова. Утрачивается и понимание того, кто есть епископ. Он чаще воспринимается как административная фигура, как служащий культа, который обладает властью в чисто светском понимании. Тем не менее, исходя из Богодухновенных творений священномученика Дионисия Ареопагита, преподобного Максима Исповедника, епископство — это не работа и даже не просто служение, а явление образа Христа, отражение свойств Христа этим служением и всей своей жизнью. Даже во время богослужения епископ, его вход в Храм в начале Божественной литургии — это символ и «образ и изображение первого пришествия во плоти в этот мiр Сына Божия, Христа Спасителя нашего». И далее преподобный Максим Исповедник в своей знаменитой «Мистагогии» пишет: «Своим пришествием Он (Христос) освободил и искупил естество человеков, порабощенное тлению, подвергшееся смерти через свое грехопадение и тиранически управляемое диаволом. Невинный и безгрешный, Он заплатил за людей весь долг, словно Сам был виновен, возвратив их к благодати Царствия и отдав Себя Самого в выкуп и искупление за нас»[2] А последующее вхождение архиерея в алтарь и восхождение на священнический престол означает «Вознесение Христа на небеса и возвращение на преднебесный престол»[3].

Несомненно, епископ, вся иерархия имеют важное значение для Церкви, ибо без епископа немыслимо существование самой Церкви. И об этом прекрасно было сказано еще священномучеником Игнатием Антиохийским: «Где епископ, там и Церковь». «Однако епископское служение не должно восприниматься в чисто светских понятиях, — еще раз подчеркивал старец-пустынник, — его власть — это духовная власть, имеющая своим источником Христа, истинного Бога. Епископ — это не некий директор, проявляющий свою жесткость к подчиненным, некую административную власть. Точно так же само благословение, осенение крестом при испрашивании благословения мiрянином на какое-то дело, не есть просто некое чисто внешнее действие. Благословение — это ниспослание Божественной благодати, действие Божественной энергии. Однако Божественная благодать не подается механически и автоматически. Архиерей и священник должны чувствовать и переживать на чисто внутреннем интуитивно-мистическом уровне, что подаваемое в данной ситуации благословение соответствует воле Божией».

Отсутствие у большей части иерархии аскетической строгой жизни, проведение ее в бесконечных встречах и беседах лишает епископа жизни в духе благодатного общения со Христом. Тем более, если иерарх не молится, не приобретает навык умной молитвы, то он, как и всякий клирик, превращается просто в светского служителя, обслуживающего религиозные потребности людей, не несущего пастырского служения, которое направляет человека к единению со Христом, к обожению, о чем как о цели и смысле церковной иерархии пишет священномученик Дионисий Ареопагит: «Начало обожения, из которого обоживаемые имеют возможность обоживаться, по Божественной благости даровало иерархию на спасение и обожение всех словесных и умственных существ»[4]. Иерарх, получив силу через совершение Божественных Таинств, должен «и обоживаться и передавать находящимся внизу, по достоинству каждого, от Бога полученное им священное обожение, устремлять вперед более слабых и предшествовать им и, по мере сил, предводительствовать другими»[5].

У святителя Григория Богослова мы находим прекрасное объяснение архипастырского служения в Церкви именно как восстановления образа Божия в человеке и ведение по пути обожения. Святитель Григорий сопоставляет служение епископа со служением врача. Но поскольку лечение души намного сложнее, нежели тела, то и духовное врачевство, составляющее сущность иерархического служения, сложнее служения обычного врача. «Итак, как нами было сказано, — говорит священномученик Дионисий Ареопагит, — что цель свойственной нам иерархии такова: наше, насколько это возможно, уподобление Богу и единение с Ним. Достигаем же мы этого, как учат Божественные Речения, только любовью к высочайшим заповедям и священнодействиями»[6].

Утрата понимания важности вести аскетическую жизнь приводит в конечном итоге и к постепенной утрате православного сознания, мышления в современном епископате. И поэтому не приходится удивляться тому, что современная иерархия в своих действиях и мыслях руководится не Богопреданными Речениями, как об этом говорит священномученик Дионисий, а своими собственными суждениями, выработанными в ходе богословских экуменических диалогов ложными и неверными идеологемами, представлениями, мнениями.

«Обратите внимание, — говорит пустынник, — что Церковь Христова — это Тело Христово, это не иерархия. И мы верим в Церковь Святых Отцов, а не святых иерархов. Мы молимся: “Молитвами святых Отец наших, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас”, а не “молитвами иерархов”». Святые Отцы — это вовсе не иерархи Церкви только, а обоженные, достигшие святости, теснейшего единения со Христом. Ими-то как раз и являются по преимуществу монашествующие, пустынники. Вспомните, что величайший томос 1340 года, «Святогорский томос», был написан великим отцом Церкви святителем Григорием Паламой, когда он был пустынником, живущим на Святой Горе, а не епископом. И те, кто подписали этот томос, были не просто представителями двадцати святогорских монастырей, как современные антипросопы[7] или игумены. Это были имевшие высочайший авторитет аскеты-подвижники.

«Ниспровергнутая на Соборах XIV века ересь Варлаама и Акиндина, которая, кстати, поддерживалась не кем иным как Вселенским патриархом Иоанном Калекой, теперь получает свое распространение именно в рационализме, рационалистическом и магическом подходе к иерархическому служению. Этот подход к богословию, к церковному служению и метод богословствования являются разрушительными для Церкви. Всё церковнослужение превращается в некую механическую работу, которая, как правило, не соответствует воле Божией». Святитель Григорий Богослов замечает, что иерарху следует «посредством своей добродетели привлекать народ к порядку, и не силою обуздывать, но доводить до порядка убеждением»[8]. То есть всякая деятельность, совершаемая вне Божественной воли, оказывается, не приносит столь важного и искомого просвещения и освящения от Бога.

В наше время возникла и стала активно распространяться тенденция подчинения монашества, монастырей епископу. Это тоже следствие обмiрщенного подхода к церковной жизни. По мысли священномученика Дионисия Ареопагита, монашество — это высший духовный чин в Церкви: «Из совершаемых же чинов высочайшим является священный разряд монахов, достигающий всякой ведь очищенной чистоты». Внесение в управление монастырями и монашествующего жесткого административного начала — это сильнейшее оружие для уничтожения монашества. Но без монашества, подчеркнул пустынник, Церковь перестает быть Церковью, она теряет свою благодатную соль. Первые тенденции к подчинению монашества власти епископа наблюдаются уже при святителе Фотии. Епископат боялся монашествующих, которые, как авангард Церкви, вставали на ее защиту, опровергая патриархов-еретиков, защищая Церковь. «Прекрасным примером для Церкви, — подчеркивает пустынник, — в защите православия при святителе Никифоре останется преподобный Феодор Студит». Бесстрашная защита веры от ереси, нововведений — это проявление огромной любви к Богу и Его святой Церкви.

Мы сразу же вспомнили о том, что святитель Григорий Палама в своих Богодухновенных творениях подчеркивал, что Церковь — это «новое творение», «общение (общество) обожения». Из этих определений, а также учения величайших отцов древней Церкви вытекает, что Церкви принадлежит не тот, кто просто крещен, имеет иерархическое достоинство, степень, но кто причастен Божественной благодати. А эта причастность достигается большими трудами, лишениями. Вот почему весь строй Православной Церкви аскетичен, ибо в нем отражается и выражается Богоначертанный путь к обожению.

А. П.
Православный апологет
2011

[1] Евр. 11, 38.

[2] Мистагогия, VIII.

[3] Там же.

[4] О церковной иерархии, гл.1, 4.

[5] О церковной иерархии, гл.1, 2.

[6] О церковной иерархии, гл. 2, 1.

[7] Антипросопы – представители двадцати монастырей Афона, которые входят в Священный Кинот – соборный орган управления Святой Горы. – Прим. ред.

[8] Слово 3. Оправдание о его бегстве в Понт.

Уважаемые читатели, прежде чем оставить отзыв под любым материалом на сайте «Ветрово», обратите внимание на эпиграф на главной странице. Не нужно вопреки словам евангелиста Иоанна склонять других читателей к дружбе с мiром, которая есть вражда на Бога. Мы боремся с грехом и без­нрав­ствен­ностью, с тем, что ведёт к погибели души. Если для кого-то безобразие и безнравственность стали нормой, то он ошибся дверью.

Благословенный час

Новый поэтический сборник иеромонаха Романа

Не сообразуйтеся веку сему

Новая книга прозы иеромонаха Романа

Где найти новые книги отца Романа

Список магазинов и церковных лавок