Поверженная срамословьем,
Страна в отчаяньи лежит.
Никто отныне не блудит:
Все занимаются любовью…

Мой замордованный народ!
Печальна полоса невзгод,
Прискорбна общая разруха,
Но страшно поруганье духа!

Когда глаголющие лживы,
Когда все силы — для наживы,
Когда забыто благородство,
Когда любуются уродством,
Когда в чести́ самцы и самки,
А целомудрие на свалке,
Когда содо́мляне вещают
И нормой срам провозглашают,
Когда священное обрыдло —
Тогда ты не народ, а быдло!

Не потому ли, по заказу,
Выносят мерзость и заразу?
Чтоб жрали и хлебали пойло,
Чтоб горницей казалось стойло,
Чтоб принародно оголялись
И без конца совокуплялись,
Теряя разум в наслажденьях
И утопая в испражненьях,
Чтоб, обезумев от зловонья,
Забыли о простом законе:

Толпе без чести, без стыда
Не стать народом никогда!

Иеромонах Роман
15–16 сентября 2002
Минск
Фотография Александра Петросяна