* * *

Внимая Божьему веленью,
Его десницей одарён,
Поэт приходит на мученья
В земной удел — Лифостротон.

Не воспевать земные краски,
Не восхвалять мятежный путь, —
Боренью ночи Гефсиманской
Открыть в уединеньи грудь.

Страданьем отзеркалив бисер,
Небесным отсветом сиять
И с высоты Голгофской выси
К Творцу народы призывать.

Но здесь известные препоны
Чинит ему известный льстец:
Как судия Лифостротона
Даёт лавровый свой венец.

— Прими! Мой долгожданный сыне,
Освободись ненужных пут,
Иначе славящие ныне
Тебе иное поднесут.

Взглянул певец на подношенье,
Не сразу на него взглянул…
И в час великий искушенья
О Боге он не помянул.

И тотчас лесть коснулась слуха,
Как лист — мрачнеющего лба,
И сыновство Святого Духа
Меняет на ярмо раба.

Забыты прежние стремленья,
Во тьму направлены стопы,
И глохнет Божие веленье
В рукоплескании толпы.

Иеромонах Роман
19 февраля 1994
Скит Ветрово