col sm md lg xl (...)
Не любите мира, ни яже в мире...
(1 Ин. 2:15)
Ветрово

Иеромонах Роман. Не сообразуйтеся веку сему

+

Жутко корявым и неразборчивым почерком недовольствует желающий спасения: У кого не спрашивал как спастись никто не говорит. Священники скрывают это или отделываются общими фразами. А конкретно никто ничего не говорит…

А как можно задавать общие вопросы и ожидать конкретного ответа? Спасение — Наука из наук. В неё входит и молитва, и пост, и исполнение Заповедей — вся человеческая жизнь. Спроси чётко у священника о молитве, о посте, о мучащей страсти — любой приходской батюшка наставит. Но как только придёт ощущение, что ты спасаешься, знай, что это уже направление вниз. Мы призваны исполнять, надеясь на Милость Божию, а не прикидывать меру воздаяния.

+

«Ибо всё прочее оставил я другим, желающим того, оставил богатство, знатность породы, славу, власть, словом — всё, что кружится на земле и услаждает людей не более, как сновидение. Одно только удерживаю за собою, — искусство слова, и не порицаю себя за труды на суше и на море, которые доставили мне сие богатство. О когда бы я и всякий мой друг могли владеть силою слова! Вот первое, что возлюбил я, и люблю после первейшего, то есть Божественного, и тех надежд, которые выше всего видимого. Если же всякого гнетёт своя ноша, как сказал Пиндар, то и я не могу не говорить о любимом предмете, и не знаю, может ли что быть справедливее, как словом воздать благодарность за искусство слова словесным наукам» (свт. Григорий Богослов. Слово 4-е. Первое обличительное на царя Юлиана).

+

«Образовавшие в себе дар слова не слишком полагайтесь на сей дар, не мудрствуйте до излишества и паче разума, не желайте во всём, даже и со вредом, одерживать верх, но в некоторых случаях, только было бы полезно, уступайте над собою и победу. Принесите слово в дар Слову; обратите учёность в оружие оправдания, а не смерти» (свт. Григорий Богослов, слово 19-е).

Мудрость всегда современна желающим мудрости. Вот напутствие творческим людям — поэтам, писателям, художникам, ораторам.

+

Искупление. От кого искупил нас Господь? От диавола? — значит, признать его сильнее Спасителя: своё выкупает слабый, а сильный забирает без выкупа. Признать же, что Кровь Сына тешит Отца… нет, лучше припасть к готовым и проверенным источникам.

«Остается исследовать вопрос и догмат, оставляемый без внимания многими, но для меня весьма требующий исследования. Кому и для чего пролита сия излиянная за нас кровь — кровь великая и преславная Бога и Архиерея и Жертвы? Мы были во власти лукавого, проданные под грех и сластолюбием купившие себе повреждение. А если цена искупления дается не иному кому, как содержащему во власти; спрашиваю: кому и по какой причине принесена такая цена? Если лукавому; то как сие оскорбительно! Разбойник получает цену искупления, получает не только от Бога, но самого Бога, за свое мучительство берет такую безмерную плату, что за нее справедливо было пощадить и нас! А если Отцу; то, во-первых, каким образом? Не у Него мы были в плену. А во-вторых, по какой причине кровь Единородного приятна Отцу, Который не принял и Исаака, приносимого отцом, но заменил жертвоприношение, вместо словесной жертвы дав овна? Или из сего видно, что приемлет Отец, не потому что требовал или имел нужду, но по домостроительству и потому, что человеку нужно было освятиться человечеством Бога, чтобы Он Сам избавил нас, преодолев мучителя силою, и возвел нас к Себе чрез Сына посредствующего и все устрояющего в честь Отца, Которому оказывается Он во всем покорствующим? Таковы дела Христовы; а большее да почтено будет молчанием» (свт. Григорий Богослов).

+

Вызывало противление толкование о медном змие — как прообразе Спасителя: не мог принять, что Господь нам был представлен в виде человеконенавистника диавола. И так порадовался нижеприведённым словам!

«Медный же змий хотя и повешен против угрызающих змиев, однако же не как образ Пострадавшего за нас, но как изображающий противное, и взирающих на него спасает не чрез уверенность, что он жив, но потому, что низложенный (чего и достоин был) сам умерщвлен и умерщвляет с собою подчинившиеся ему силы. И какое приличное ему от нас надгробие? Где, смерть, твоя победа? Где, смерть, твое жало? (1 Кор. 15:55). Ты низложен Крестом, умерщвлен Животодавцем, бездыханен, мертв, недвижим, бездействен, и хотя сохраняешь образ змия, но предан позору на высоте!» (Свт. Григорий Богослов. Слово 45-е).

+

Некоторые священники против Крещения младенцев; убеждают, что креститься нужно в совершенном возрасте. Мол, сначала нужно придти в разум, усвоить азы вероучения и уже потом приступать к Таинству Крещения. Конечно, это было бы идеально, кабы не смертушка. Но почему-то вопрос о смерти (а если дитя умрёт?) — лишает обновленцев благодушия, отмахиваются, как от навязчивой глупости:

— Если младенец умрёт, то он избегнет мучений! У Бога обителей много!

— Мучений-то избегнет, но и со Христом не будет! Как ни хороша обитель, но без Света, без Жизни, без Любви — без Христа… жуткая участь! Это какая-то облегчённая разновидность ада!

— Есть Промысл Божий о таких душах!

Вот и весь разговор. Да любят ли они сами Христа, если так легко готовы отлучить от Него детей?

«У тебя есть младенец? — Не давай времени усилиться повреждению; пусть освящён будет в младенчестве и с юных ногтей посвящён Духу… Дай своему младенцу Троицу — сие великое и доброе хранилище… Ибо лучше без сознания освятиться, нежели умереть незапечатленным и несовершенным. Доказательством сему служит осмодневное обрезание, которое в прообразовательном смысле было некоторою печатию, и совершалось над неполучившими ещё употребления разума; а также через помазание порогов чрез неодушевленные вещи охраняющее первенцев» (Свт. Григорий Богослов. Слово 40-е).

+

Птичий грипп. Больно видеть, как отстреливают возвращающихся птиц — лебедей, журавлей. Безумные мудрецы века сего выискивают причину заболеваний, срочно создают антивирусные вакцины, как будто это остановит пятую египетскую казнь — уничтожение скотов, волов, овец, птиц. «Господь нанёс удар безсловесным, потому что щадит ещё словесных» (свт. Григорий Богослов). А поскольку словесные и не думают каяться, следует ждать и иных вразумлений.

+

Печально было посещение малой Родины. В 1975 году городу Трубчевску исполнилась тысяча лет. И что изменилось? Вернули несколько Храмов, а улицы как были, так и остались — Луначарского, Урицкого, Менжинского, Володарского, Свердлова; как будто за тысячу лет своей героической истории город не имел достойных людей. А ведь из Трубчевска и вещий Боян, и «буйный тур Всеволод» («Слово о полку Игореве»), и князья Трубецкие тут были не чужие люди, и преподобный Нил жил в пещере над Десной! Рассказывают, как по его слову рыбак поймал целый невод рыбы и потом нарушил наказ святого — никому не говорить о его местонахождении. Не утерпел, похвалился; привёл к пещере толпу людей. Вышел тогда преподобный и сказал: «И будет ваш город ни сыт и ни голод». И покинул нарушенное уединение. Так и вышло, стоит Трубчевск, как и тысячу лет назад — ни в высь, ни в ширь. А на месте пещеры преподобного забил целебный родник. Многие больные глазами получали тут исцеление.

+

Племянница усопшего старенького протоиерея с восхищением говорит о его последних днях: «Как крёстный хотел жить! Как он боролся за жизнь!» Пытаюсь сменить тему — не унимается: «Как крёстный хотел жить!» И не понимает, что это обличение пастырю, а не похвала.

+

Кто уж нынче не дворянин! Даже лиц духовного звания не минуют эти мiрские сети. Человек болен раком, врачи дали жить всего ничего, родственники скрывают диагноз, а больной скорбит, что заграничные потомки Рюрика не признают его своим. «Не природою, а насилием разделены смертные на два разряда. По моему тот и раб, кто негоден, тот и свободен, кто совершен… Не знаешь разве, что все из той же персти? Одно только благородство — подражание Богу… Что значат слова: господин и слуга? Какое дурное разделение! У всех один Творец, один закон, один суд… Стыдись наименования порочным, а не низким по происхождению. Знатность рода есть давнишняя гнилость. Лучше начать, нежели заключить собою род, равно как лучше самому быть пригожим, нежели родиться от пригожих» (cвт. Григорий Богослов).

+

Будучи студентом, посетил Эрмитаж. Осматриваю отделение абстракционистов. В углу — поломанный стул, на нём скрученная ржавая проволока, консервные банки, старые калоши. К чему этот хлам? И тут, под «скульптурой», увидел надпись: «Портрет мамы». Любил же скульптор маму! И чем она ему так досадила? Портрета папы не оказалось — то ли не подвернулся поломанный стул, то ли свалку разобрали, пока сын ждал творческого вдохновения. Стал рассматривать рисунки на стенах — кубики, резаное, ломаное, сплошная чернота, хаос — распад. Вижу, прохаживается девушка, смотрит, кивает. Набираюсь смелости: «Прошу прощения, объясните, что тут к чему, стыдно признаться, но я не вижу смысла во всём этом». Девушка посмотрела на меня, подумала-подумала — решилась: «Знаете, я тоже ничего не понимаю. А сознаться в этом — как показать свою глупость: недаром же всё это повесили». Рассмеялись мы и пошли из этого мрачного шизопомещения, где всё вопияло о разложении забывших Бога личностей.

«Человек творит в жизни только то, что он сам есть в религиозном измерении: пустая душа не создаст духовного богатства; мелкая душа не сотворит величия: пошлый человек не узрит Бога и не воспримет Его лучей, и не передаст их другим» (И. Ильин. Аксиомы религиозного опыта).

То есть творчество оправдывается приобретением духовного богатства читающих или взирающих на творение рук и ума человеческих, величием произведения, движением художника к Богу для восприятия Его лучей и передачи читателям или зрителям. Иного оправдания и направления и быть не может! Иначе — торжество чёрных квадратов, кубизма и прочего демонизма.

+

Один западный «художник» выложил кирпичную стену сто на пятьдесят сантиметров и дал ей громкое наименование: «Линия покоя». Объявил о продаже «произведения» — тридцать тысяч долларов (можно вычислить разницу между кирпичом обыкновенным и «художественным»). Подождал неделю, месяц — дураков нет. Разобрал и отнёс кирпичи в гараж. И тут объявился покупатель, ценитель «Линии покоя». Делать нечего, пришлось кирпичи срочно покоить заново. Как писала газета — оба были очень довольны. Видимо, на таких «ценителей» и рассчитаны «чёрные квадраты», «портреты мам» и т.д. А имели бы ценители «линий» не повреждённые общественным мнением извилины — не восхищались бы достойным смеха и не платили за карандашный «чёрный квадрат» миллион долларов. Если платили за содержание, за икону ада — их право, хотя можно было сэкономить: в то место пускают безплатно, а уж таких авторов и ценителей — вне очереди. Что же касается техники — каждый ребёнок из детского сада изобразит и квадрат, и треугольник любого цвета. Но воспитателям и в голову не придёт восторгаться посредственным. А если журналисты подымут шумиху, критики напишут пару статей — валяющиеся на полу как мусор бумажные листы взлетят в цене, а ничем особо не наделённых бумагомарателей возведут в гении. Что значит — общественное мнение! Ничтожное вознесут на высокий пьедестал, а великое затолкают в тень или за ширму — с глаз долой.

+

Есть Творец, и творчество должно вести к Нему!

+

«Чёрный квадрат» — поругание художеству. Промолчу о жутком самомнении автора, но до чего же он, мягко говоря, не уважал зрителей, если выставил как произведение искусства то, что может нарисовать любой ребёнок! С таким же успехом он мог изогнуть проволоку или гвоздь и выдать за новое видение в искусстве. И нашлись бы «ценители», ахали бы и охали над этим гвоздём, а потом бы ещё и Росiю осчастливили — какой-нибудь любитель прекрасного и за него вывалил бы миллион. И везли бы этот ржавый гвоздь спецрейсом из Америки, а потом, в бронированной спецмашине, под усиленной охраной, доставили в Эрмитаж. Но… гвоздя под рукой не оказалось, повторного сумасшествия не состоялось, трудовой миллион сэкономлен. А ведь если сотворённое оправдает или осудит — страшно и подумать, что ждёт таких «творцов». Так и видишь на Страшном Суде стоящего с «чёрным квадратом» или с «портретом мамы» великих мiра сего. Но если «чёрный квадрат» и «портрет мамы» — символы разложения, вырождения в искусстве, то кто же тогда те, кто сеет это разложение и вырождение — не символически, а буквально? Те, кто наполняет литературу, фильмы сценами насилия и блуда — вышеописанной чернотой и уродством. Если глянуть на современную поэзию — изобретение звучных рифм и рваных смыслов, выдувание мыльных пузырей, принятие поз многозначительности при ничтожности содержания.

А как же с богословием? И тут не обошлось без затемнённого сознания, и здесь чернителям раздолье — один до того довысокоумствовался, что оправдал Иуду! Вот что пишет об этом чадо богослова: «…Страдая от невозможности быть избранным другом Спасителя, Иуда всё время жил ложной мечтой, что наступит момент, когда Сам Христос почувствует его любовь и захочет воспользоваться его дружбой и преданностью. (О как! Сердцеведец — не почувствовал!) Он истово любил Спасителя, преклонялся перед Его величием и терпеливо ждал осуществления своей мечты, хотя Сам Спаситель не давал ему никаких надежд на эту дружбу… (Оказывается, Господа обвиноватили ещё до синедриона!) Фарисеи давно соблазняли Иуду донести (что же богослов не растолковал, почему они не соблазняли других апостолов?), когда Иисус будет один или с немногими учениками, чтобы взять его не в присутствии народа. Это было постоянным искушением Иуды, но он не решался на такое предательство, не будучи уверенным, что этот шаг ускорит осуществление политической миссии Христа. И вдруг, на Тайной вечере, Сам Спаситель обращается к нему со словами: „что делаешь, делай скорее“. В омрачённой душе Иуды не получили ли эти слова того значения, — вопрошает богослов, — что Господь, ведая его решение, принимает его план, вступает с ним в особое доверительное соглашение, Сам уполномочивает его на действие? Значит, это он и есть избранный ученик, к которому у Него есть особое доверие и близость? И в этой ложной уверенности Иуда уходит с Тайной вечери».

А вот и сцена предательства. «…Подойдя к Иисусу, Иуда, согласно заранее установленному знаку, поцеловал Его. И вдруг ученик услышал неожиданные слова Спасителя: Иуда! Целованием ли предаешь Сына Человеческого? …Иуда окончательно понял, что он оказался не избранным другом, а предателем своего любимого учителя… (То есть Тот, Кто видит самоё потаённое в человеческой душе и Иуда — просто не поняли друг друга!) Гениальность мысли о. С. (поёт его чадо далее) заключается в том, что он мужественно показал, вопреки всем своим предшественникам, что Иуда был апостолом, отдавшим жизнь, когда он понял, что предал Христа…»

Всё смешала, и гениальность, и мужество. Если мужество в том, что богослов пошёл против всех учителей Церкви, так не ему лавры первенства — Иуда протоптал эту стезю, пошёл к врагам Христовым вопреки всем апостолам. Нужно стыдиться Иудиного мужества, а не гордиться им. А в чём же гениальность? В оправдании зла? Так это не гениальность, а черноквадратные глаголы падшего разума. «Говорить о чём-нибудь действительном, как оно есть, — это нелживость; а говорить не так, как оно есть, это ложь; говорить же вопреки есть словопрение, и что хуже этого в жизни?» (Свт. Григорий Богослов). Но чадо не унимается.

«Быть может, для архаично настроенных верующих такая трактовка образа Иуды покажется неприемлемой, но для христиан с творческим религиозным мировоззрением это постижение апостольства Иуды представится единственно убедительным и гениальным».

Хорошенькое постижение апостольства — в постыдном предательстве! Верные же учению святых отцов, Матери-Церкви уже архаичны, как, надо полагать, и сами святые отцы и Церковь. Но кто же эти «христиане с творческим религиозным мировоззрением»? А ведомые слепцами слепые, которым что чёрное, что белое, что камень, что хлеб. Да и нужно ли занижать архаичными зрением и здравостью творчество религиозного мировоззрения?

+

Пожирающим драконом лютовало безбожие на просторах нашей Родины. Запад не знал такого воинствующего атеизма: там все или верующие или, если воспользоваться их определением, «в меру религиозны». Но вот сцена из поголовно верующей католической Португалии. День их святого. Толпы народа, музыка, танцы, вино — массовое гуляние в его честь, но паче — в своё удовольствие. Пляшущий молодой мужчина весело поясняет журналисту: Его (святого) сейчас с нами нет, он на стадионе в Японии болеет за нашу сборную (шёл чемпионат мiра по футболу). Да уж лучше бы напился, чем так «чествовать»!

+

Пока человек не отмоет в себе свою каплю Правды, она не отразит Любовь Христову. Но мы слишком себя жалеем. Без удобств нам и не представить себе жизни.

+

Неверующий человек приходит на эту землю, в полном неведении плодит себе подобных, дорожит обманом, бегает от себя и уходит, не зная, зачем приходил. Не воскрешённая верой душа всю жизнь умирает для Вечности, превращая в насмешку и приход и отшествие. …Оживиши ны, и Имя Твое призовем (Пс. 79, 19).
+

Стоит человеку полностью положиться на Милосердие и Любовь Божию, как из ветром колеблемой былинки он превращается в незыблемый столп. Господи Боже Сил, блажен человек уповаяй на Тя (Пс. 83, 13).

+

Суд будет по Любви. Нас будет судить Любовь Христова. Это как магнит. И если в нас отыщется родственное, пусть хоть ржавое — Господь Милостью Своей притянет к Себе. А ближний — наш лакмус, наши весы.

+

Почему человек боится своих глубин и высот? Потому что для достижения их нужен упорный труд и жертва внешним. А как внешнему отринуть внешнее, с чем же ему оставаться?

+

Философия — кичливый галстук на шее ума, служащий для многих удавкой.

+

Святитель Василий Великий. Толкование на книгу пророка Исаии.

«И приставлю судии твоя якоже прежде. Почему, миновав царей, Пророк упомянул о судьях, хотя и между царями были некоторые, с похвалой начальствовавшие над народом? Или потому, что правление судей было свободнее, сообразовалось с природой и народ жил тогда по своим законам, признавая царём одного Бога; а цари поставлены впоследствии по собственному их неразумию. Почему надлежало, чтобы облагодетельствованные возвратились в блаженное состояние. И поэтому Бог, даруя им свободу, обещал приставить не царей, а судей. Ибо не бяше царя во Израили, но кийждо, еже право пред очима его, творяше (ср. Суд. 17, 6). Или поскольку по пришествии истинного Царя не царей уже было время, то обещал дать судей, подобных прежним, то есть учеников Господа, о которых сказано: сядете на двоюнадесяте престолу, судящее обеманадесяте коленома Израилевома» ( ср. Мф. 19, 28).

О царе. Библия. Книга 1ая Царств. Глава 8, глава 10, сти. 18-19, гла. 12, ст. 17, 19.

Блаженный Феодорит Кирский:

«Вопрос 14. Почему Самуил скорбел, когда народ стал просить себе царя (1 Цар. 8, 6)?

Потому, что прошение сие было противно Божественному закону. Владыка Бог был для них и Бог, и Царь, а пророк был Его первый служитель. Сие дал разуметь Бог, сказав Самуилу: послушай гласа людий, яко не тебе уничижиша, но Мене уничижиша, еже не царствовати Ми над ними; по всем делом их, яже сотвориша Ми, от негоже дне изведох их от Египта до днешнего дне… (1 Цар.8:7-8)».

+

Жалок человек без Господа, ничтожна его искромётность пред лицом Вечности.

+

Жизнь есть созревание посеянного в детстве.

+

Один иеромонах имел очень близких людей в Белой Руси и Молдавии. Увидев, что минский благодетель легко взрывается, когда ему говорится не по его хотению, и что от общения духовной пользы меньше, чем от козла молока, решил отдалиться, надеясь на врачевание временем. Совсем неожиданно подлил масла в огонь молдавский протоиерей — старый друг. Не вникнув в суть дела, сходу принял сторону хлебосольного мiрянина, очень просто объяснив свою позицию: «Я сам такой!»

Иеромонах оставил обоих пребывать в любезной их сердцам неисправности и уехал во своя си. И вдруг полностью порвал общение с молдавским батюшкой.

— Не слишком ли? — спросил его я.

— Всяк волен общаться, с кем желает, я же не ставил ему никаких условий. Общайся, была бы духовная польза. Но писать священнику, что ему предпочли… Сам же всё и порушил, вот, посмотрите, — подал иеромонах записку, — на моё: «Вы сделали выбор — радуйтесь!» он отозвался: «Всего-лишь за то, что предпочёл их Вам». То есть сам зачеркнул наше общение. И мне ничего не остаётся делать, как уберечь себя от ненадёжной дружбы: предпочёл раз, предпочтёт и два. И что мне, общаться и ждать следующего предпочтения?

Глянул я на записку и согласился с иеромонахом. «Да погибнет в мире закон дружбы, которая так мало уважает друзей!»(Свт. Григорий Богослов).

+

Интеллигент. Какая кичливая и никчемная наклейка! Какое пустое, ничего не значащее и не выражающее слово! Уже то, что оно было выдумано (в семидесятых годах XIX века писателем Боборыкиным) как имя нарицательное, подсказывает здравому человеку, что слово это не из достойных. Интеллигентный слой. Кто там? Преподаватели? Врачи? Политики? Писатели? Художники? Люди интеллектуального труда? Совестливейшие и умнейшие люди? Философы? Так неужели до XIX века Росiя жила без них? И неужели до сих пор без них живёт и Америка, и Франция, и Англия, и Япония — весь мiр? Нет же там интеллигенции, а преподавателей, врачей, писателей и прочих — больше, чем у нас на душу населения. Или это слово относится не к профессии, а к личности? Интеллигентный — воспитанный, культурный, образованный человек? И снова возвращаемся к Царской Росiи и всему мiру — разве у нас или во всём мiре не было и нет таких людей?

Нет, не удаётся это слово наполнить содержанием, найти того, кого оно определяет. Слово-призрак. А ведь какие есть прекрасные слова — достойный, благородный, милосердный, духовный. Наличие или отсутствие этих качеств возвышает или зачёркивает личность. А интеллигент… Как перевести это слово? Как выразить несуществующее? Всё равно что сказать о человеке — настоящий лямбо́мс. И убеждать всех, что лямбомс — это благородный, прекрасный, воспитанный, образованный, умный человек. Тогда зачем нам истинно рускiе слова? Давайте обойдёмся лямбомсом, а их выбросим, как выбросили встречу, путешествие, заменив саммитом, круизом — примеров целый воз. Но там хоть понятно — вытеснение руского языка безродными гражданами мiра или глупое обезъяничанье не дорожащих родными корнями, а лямбомс с интеллигентом — тихое помешательство любующихся своей бородавкой.

Скажут обо мне, что я не интеллигентен — улыбнусь. Скажут, что я интеллигентен — то же самое. А вот если духовный человек скажет, что аз недостойный, неблагородный, немилосердный, неправдивый — тут уж мне будет не до улыбок. Значит, не одно и то же добродетель и интеллигентность? Не одно и то же. Так если интеллигентность не добродетель, то… — вон от моей души, гордый призрак, гнилой звук, изобретение падшего разума! Но это уже из области спасения, а в мiру — кому нужно это слово? Станет ли хороший врач или писатель держаться за него? Если это прекрасный врач — он будет прославлен своим умением, талантом, как и писатель. Им и в голову не придёт величаться пустотой. Видимо, кто имеет запросов больше, чем дарований, тот и будет тешиться гордостным словом: нужно же выделиться, раз не талантом, так хоть звуком.

Многие интеллектуалы, писатели, мыслители нашего времени отказываются от звания «интеллигент». Если же кто желает словом объединить достойнейших людей страны, пусть руским языком и скажет — достойнейшие люди, лучшие люди, что чётко и ясно, в отличие от ничего не выражающего — интеллигентные люди.

+

Знакомый философ разделил интеллигенцию на хорошую и плохую. Но как несуществующее может быть хорошим или плохим? Хотя, если признать, что есть хорошие и плохие лямбомсы, то почему и интеллигенции не быть хорошей и плохой?
+

«Граждан у нас мало в представителях интеллигенции» (Ф. М. Достоевский).

+

«Нет, уж я лучше буду с народом; ибо от него только можно ждать чего-нибудь, а не от интеллигенции русcкой, народ отрицающей…» (Ф. М. Достоевский).

+

Приехав в деревню, городская дамочка начала запрягать лошадь, и вдруг та пошла. «Вы куда?» — только и сказала ей запрягавшая. Смешно? Да, но невесело, потому что это не анекдот, а рядовой случай из жизни настоящей интеллигентки.

+

Перед войной в селе Рябчёвске жила очень брезгливая учительница. Заходя в крестьянские избы, набрасывала на руку платок, чтобы не взяться за дверную ручку голой рукой. И вот как-то мужики завалили её кабана.

— Что так быстро? — спросила вышедшая хозяйка.

— А мы его придушили, — весело пошутили мужики.

— Забирайте его! — хлопнула дверью хозяйка.

Переглянулись мужики и поволокли кабана со двора педагога. Так бы и жила она со своей жуткой брезгливостью. Но пришла война и исцелила мигом: ела конскую падаль, забыв о белом платочке. По недугу и врачевство.

+

«Прощай, немытая Россия! Страна рабов, страна господ». В школе меня очень резанула эта фраза. Не понимал — как можно так о своей Родине? Много позже, когда довелось что-то почитать и сравнить, оценил эти слова как голос Хама в душе поэта. Хотя поэт пошёл гораздо дальше: Хам посмеялся над действительной наготой отца, а тут гнусная клевета — в Росiи, в отличие от Запада, уж раз в неделю мылись точно (Пётр Первый, подражая рiдной Европе, начал бороться с банями, обложив их, как и бороды, большими налогами). И в царских палатах не ставили, как в хвалёном Версальском дворце, играющим в шахматы блюдо для давления вшей.

«Страна рабов…» Сам же рабовладелец и пишет! Черня Росiю, не понимал, что от него же чернота и исходит. Отпусти своих крепостных на волю — на одного господина и на сотни рабов в Росiи будет меньше. И крестьяне вздохнут свободно, и сам получишь право судить Отечество (если уж любящий сын не может обойтись без приговора). Нет, проще написать, чем исполнить.

+

Дерзость — враг духовности. Не общаюсь с теми, кто с порога на «ты». И как уж не оправдывают свою привычку! Приведу доводы «за» и «против». Вот обычные объяснения обращающихся на «ты»:

1. Это от простоты и любви.

Простота и лицеприятие, лицемерие — понятия несовместимые. Почему впадаете в грех лицемерия? Почему взираете на лица, не обращаясь так ко всем? Почему не тычете власть имущим — Патриарху, архиереям, государственным деятелям? Зачем же лишаете их вашей простоты и любви? Да и в этом ли простота и любовь? В местах лишения свободы все обращаются на «ты», но кто назовет Царством Любви и Евангельской простоты тюрьмы и зоны? Или известному старцу всея Руси следует поучиться простоте и любви у молодых тычущих священнослужителей, сомнительным образом создающих себе авторитет? Но о какой любви можно говорить, когда зачеркивается элементарное уважение? Не лучше ли помнить, что иная простота хуже воровства и зачастую прикрывает панибратство, невоспитанность, дерзость.

2. Бога называем на «ты», а человека на «Вы».

Бог — Отец каждого, потому так к Нему и обращаемся. Нужно ли в уважении к людям искать унижение Бога? Если подобный принцип имеет право на существование, то горе вам, ставящим президентов, мэров, бизнесменов и прочих светских чиновников выше Бога! Что же не тычете им? И, опять же, неужели упомянутый выше старец, обращаясь к приходящим на «Вы», оскорбляет этим Того, за Которого ежедневно полагает свою любвеобильную душу?

3. Епископ обращается на «ты».

Если епископ поступает так, считая приходящих на приём своими детьми, то почему не поправляет детей, если они с ним выкают? Почему не терпит, когда дети начинают обращаться к нему как к отцу? Впрочем, воспитанные епископы не тыкают.

4. Все люди братья и сестры.

Но не все доросли до высоты Новозаветного братства! А без этого родство бывает хуже сиротства. Христа ради юродивые ко всем обращались на «ты», но сначала они сами стали детьми Божьими, попрали свою гордыню. И потому их «ты» роднило, а не отталкивало. Это был их Дар, полученный за великие подвиги и унижения. Какие подвиги понесли мы, претендуя на этот Дар, забывая о том, что он даётся, а не восхищается (тем, что святые отцы именовали дерзостью)?

Страницы ( 6 из 11 ): « Предыдущая1 ... 45 6 78 ... 11Следующая »

Заметки на полях

  • БАТЮШКА ДОРОГОЙ,С РАДОСТНЫМ ПОСТОМ! БЛАГОСЛОВИТЕ.ВЫ,КАК ГОЛОС СОВЕСТИ,МАЯК. ПРОЯСНИТЕ МНЕ,ГРЕШНОЙ,НАСКОЛЬКО ДОПУСТИМО ОБРАЩЕНИЕ К ВАМ «ОТЧЕ»…,ЕСЛИ МОЛИТВА ГОСПОДНЯ НАЧИНАЕТСЯ С ОТЧЕ НАШ… ? ХРАНИ ВАС БОГ! ВАШИ ОТКРОВЕНИЯ БЕСЦЕННЫ.ЭТО НЕ ПРОСТО СЛОВА,ЭТО ПРОПОВЕДЬ.ЖЕРТВА. СОГЛАСНА С КАЖДЫМ СЛОВОМ И ПОДДЕРЖИВАЮ ВАС.НЕ УДАЛОСЬ ВОВРЕМЯ ПОЗДРАВИТЬ ВАС С ПРЕСТОЛЬНЫМ ПРАЗДНИКОМ СВ.ИКОНЫ БОЖЬЕЙ МАТЕРИ «ВЗЫСКАНИЕ ПОГИБШИХ»(18.02),КОТОРУЮ НЕ ТОЛЬКО ПОЧИТАЮ,НО И ВОЗЛАГАЮ ОГРОМНУЮ НАДЕЖДУ ВО СПАСЕНИЕ ДУШ ЖИВЫХ И УСОПШИХ СРОДНИКОВ,ПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН.

  • Читать очень тяжело, почти невозможно, простите меня. 1, 2 страницы прочитала, то, что происходит в нашей жизни, большое спасибо. 3 страницу не смогла прочитать.

  • Елене, Неман.
    Почитайте «Люблю молиться Николаю Угодничку» — витаминка. А «Не сообразуйтеся веку сему» — лекарство

  • «Научниками быть дано очень немногим, не всем можно и проходить науки, но обсуждать окружающие нас вещи, чтоб добыть определенные о них понятия, всем и можно, и должно. Вот этим и следовало быть у всех занятою мыслительной силе. Сколько она добудет – это судя по своей крепости, но она должна быть всегда занята серьезным делом обдумывания и обсуждения действительностей» — святитель Феофан Затворник

  • Спаси Господи, прочитала еще раз, читала не один день, чувствую, что прочла бы еще и еще раз, очень много мыслей, фактов, цитат святых отцов, даже в отношении одежды, все очень важно. Спаси Господи, отец Роман. Прочитала первые комментарии, очень нужная книга. Спаси Господи!

  • Про смертную казнь вопрос, конечно, сложный. Безусловно, те, кто совершает ужасные злодейства, заслуживают воздаяния, соответствующего их деяниям. Но как быть с тем, кто будет исполнять приговор? Не нарушит ли он заповедь «не убий»? Ведь убийство не перестает быть таковым, даже если убиенный его заслужил. Или казнь душегуба не является грехом? Да и осознает ли этот душегуб то, что совершил, раскается ли? Давным-давно смотрела фильм про заключенных, ожидающих своей участи в камере смертников. Помню, как поразили меня слова одного из них. Перед лицом смерти этот, с позволения сказать, человек, совершивший не одно зверство, вдруг сказал, что всегда …очень любил людей…

  • Согласна, что ходить в церковь в чем попало недопустимо, но почему православным христианкам нельзя носить брюки вне стен храма? Как это мешает спасению? Запрет на ношение женщинами мужской одежды (если понимать его буквально) содержится только в Ветхом Завете. В Новом Завете такого запрета вроде бы нет? Кроме того, во времена раннего христианства брюки и не считались мужским одеянием, поскольку их просто не было. Брюки, как принадлежность мужской одежды, появились значительно позже. В нынешние же времена существуют как мужские, так и женские брюки, которые мужчинам носить неприлично. И вызвано ношение брюк женщинами вовсе не желанием оных ввести кого-то во грех (грех и без того найдет дорогу к тому, кто к нему склонен) или уподобиться мужчинам, а скорее — соображениями удобства. Ведь большинство женщин в современном мире не сидят дома, как раньше, а ведут активную жизнь в обществе. Очень неудобно ехать в общественном транспорте в «час пик» с сумками в руках и в длинной юбке. Да и так ли уж важно соблюдение внешнего (не имею ввиду крайностей)? Если мы наденем длинные юбки и платки, перестанем стричь волосы и пользоваться косметикой, мы не станем от этого лучше, чем мы есть. Гораздо важнее, на мой взгляд, блюсти внутренний нравственный закон, данный нам Богом. Только имея внутри этот закон, человек способен отличить дурное от доброго. Казаться христианином гораздо легче (но мало пользы), чем быть им по сути. Так не лучше ли на внутреннем наполнении, а не на внешней оболочке сосредоточить свое внимание и силы? Иначе так и в фарисейство недолго впасть. Лично мне тоже симпатичнее женщины в юбках, но чисто из эстетических соображений: поскольку сейчас существует тенденция слепо следовать моде, без учета индивидуальных особенностей. Но эта тенденция, вероятно, говорит больше об отсутствии эстетического чувства, нежели о недостатке веры ( о чем, впрочем, не берусь судить) или всеобщей растленности (хотя она тоже имеет быть).

  • Людмила Николаевна, думаю, в Храме люди должны быть самими собой. Если в Храме женщина в юбке, то подразумевается, что это естественно для неё (иначе зачем притворяется тем, кем не является?). Ведь Вы же согласны, что неправильно женщине ходить в Храм в брюках – значит, эта «неправильность» сохраняется и вне его стен. В Церкви сохранилась традиция, которая исчезла в мiру, и это очень показательно: Церковь вообще противостоит мiру, греху, хранит добродетели, несвойственные нашему времени, возвращает человеку утраченную целостность, отрезвляет его. Но нет никакого смысла в отрезвлении, если, выходя из Храма, мы опять «опьяняемся». Да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого. Мы или хотим быть чистыми, или хотим валяться, как свиния в калу. Поэтому думаю, что никакого разделения на «внешнее» и «внутреннее» здесь нет. Человек, изменившийся внутренне, изменится и внешне. Человек, изменившийся на время и «для виду» (придя в Храм), не изменяется вообще. Получается, что он бессмысленно тратит время.
    Что касается стрижки волос и косметики, спросите у любого художника, актера, режиссера, влияют ли такие «мелочи» на художественный образ. Эти мелочи очень важны и могут решить, например, характер роли, подсказать актеру, как именно он должен вести себя на сцене. А в жизни они куда важнее, потому что диктуют свои правила уже в реальности, заставляют «обыгрывать» их. Одна и та же женщина в брюках или в юбке, с рыжими, зелеными, светлыми волосами, с накрашенными глазами или губами, с длинными наманикюренными или «естественными» ногтями – все это разные образы, а должен быть один: Божий. Вспомните преподобную Марию Египетскую: могла ли она краситься после того, как осознала свой грех? Конечно, нет, потому что очень захотела измениться.
    Сегодня смотрели фильм «А зори здесь тихие…» и обратили внимание на то, что все героини – в юбках, хотя можно ли придумать более «неудобные» обстоятельства? Знаю много женщин, которые водят машину исключительно в юбке, а что касается общественного транспорта в «час пик», то там одинаково неудобно и в юбке, и в брюках.

  • Простите, Людмила Николаевна, еще несколько слов вдогонку. Вы пишете: «Согласна, что ходить в церковь в чем попало недопустимо, но почему православным христианкам нельзя носить брюки вне стен храма?» Мне кажется, Вы здесь сами себя опровергаете: если недопустимо ходить в Церковь в чём попало, то как может христианка ходить в чём попало вне Храма? Ведь она является членом Церкви на всякое время и на всякий час и всюду должна показывать пример. Церковь не заканчивается за пределами Храма, у неё вообще нет границ, и мы всегда ходим перед Богом. А если христианка всюду ходит «в чём попало», то какая же она христианка? И если внешнее для неё неважно, то почему она так держится за внешнее?

  • Хочу добавить к словам редактора , что внешний вид является одной из форм проповеди . Если внимательно присмотреться к людям на улице , можно увидеть , какую проповедь несет человек. Например когда женщина одевает брюки она проповедует свободный образ жизни , когда человек слепо следует моде , он как бы говорит , что он готов ко всему новому и для него нет ограничений и.т.д . А какую проповедь хотите нести в мир Вы?

  • Согласна с Людмилой Николаевной.
    Если не произойдет перемен внутренних (а это к пенсии бы обрести. Отдельное спасибо В.В.), то внешнее только показуха.

  • А как же юбка и платок в Храме — тоже показуха?

  • Юбка и платок в Храме — начало перемен.

  • Не знаю как у вас , а у нас некоторые женщины в брюках , заходя в Храм, стыдливо обматываются парео на манер индианок , и смешно и грустно.

  • А почему перемены происходят только в Храме? Вышел из Храма — и стал таким, как прежде. Побыл немножко «приличным» — и стал обычным. В Храме каялся и разговаривал кротко и приветливо, вышел — и выругался. В Храме терпел, не курил, вышел — и тут же закурил. Не курить курящему человеку физически трудно, и люди, курящие за оградой Храма, даже вызывают сострадание, но юбка никаких мучений не доставляет. Думаю, просто хочется быть, как все, слиться с толпой. И это оказывается более важным, чем какие-то внутренние изменения.

  • Не у всех есть смелость выделяться из толпы. И надо время, чтобы произошли внутренние перемены и появилась смелость выглядеть не так как все. А тем у кого есть смелость нужны любовь и понимание, дабы не осуждать тех у кого нет смелости. И к пенсии дойдем до приличного христианского вида и внутреннего и внешнего. Вся жизнь христианина- это работа над собой. Нельзя сегодня засеять поле, а завтра собрать с него урожай.

  • Светлана, но внешний вид — это никакой не урожай, это как раз обработка поля, её нельзя откладывать до пенсии (до осени), иначе ничего не взойдет. Если бы мы считали, что наше спасение исчерпывается переодеванием в другую одежду, это действительно было бы нелепо и ничтожно.

  • Светлана , 13.07.2019 в 13:03
    Юбка и платок в Храме — начало перемен.

    Только Вы свое поле начали обрабатывать вчера, а кто-то сегодня. Есть люди, которые еще не знают о том, что у них есть поле.
    Нам надо приобретать первую ступеньку любви — терпение.

  • Да, конечно. Но плохо, если они никогда так и не узнают об этом поле… И если рядом не окажется опытного земледельца.

  • Марина, я ничего не хочу проповедовать миру, то есть распространять какие-то взгляды, так как не считаю себя вправе это делать. Для этого есть особые люди – проповедники. Я поделилась своим мнением, которое не претендует на то, чтобы считаться истинным. Возможно, я заблуждаюсь, но совершенно искренне.

  • Ольга Сергеевна, я не сторонница того, чтобы за пределами храма ходить, в чем попало. Я имела ввиду, что одежда должна соответствовать месту. Мы же не пойдем в сталеплавильный цех в вечернем платье (как, впрочем, и в любом другом платье или юбке)? Точно так же и в церковь мы ходим в юбках не потому, что это для всех нас естественно, а потому, что такова традиция, которая возникла задолго до того, как женщины стали носить брюки. А Православие, как Вы справедливо заметили, ревностно хранит традиции. Но если девушка не привыкла ходить в юбках (а таких сейчас немало), то ей незачем ходить в церковь, так как дорога ко спасению ей все равно закрыта и она автоматически попадает в разряд лицемеров? В Храм приходят меняться не внешне, а внутренне, и, если кто-то, выйдя из церкви, выругался, то значит этого изменения, увы, не случилось, в какие бы одежды человек ни рядился. А Вам не доводилось встречать вполне благопристойно одетых юных созданий (в платьях, в том числе, — свадебных) с сигаретой в руках и матерными словами (сказать «на устах» в данном случае неуместно)? Или женщин, которые никогда не носили брюк, но женщинами их назвать можно только по первичным половым признакам? И если уж говорить о том, что женщина должна быть женщиной, то нам нужно поменять весь уклад жизни. Подозреваю, что в библейские времена мы не были настолько эмансипированы, как сейчас. Но, кстати говоря, одежда мужская в те времена мало чем отличалась от женской (по крайней мере, брюк мужчины не носили). Сейчас же женщины во многих аспектах жизни уравнены с мужчинами (во всех, к счастью, нас не уравнять), но вот в одежде почему-то мы должны принципиально отличаться.
    Что касается смены образов, когда мы переодеваемся, красим волосы или делаем макияж, то это не более, чем смена формы, которая влияет лишь на то, как нас воспринимают окружающие, а не на нашу внутреннюю суть. Если бы, меняя внешний вид, мы каждый раз становились кем-то иным, страшно подумать, что тогда было бы. Тогда бы и актер мог играть роль только в гриме и сценическом костюме. Но ведь это же не так. Актер вполне способен сыграть роль, в которую он «вжился» и без каких-либо внешних атрибутов.
    Фильм «А зори здесь тихие» мне тоже нравится, но в фильмах не всегда отражены исторические реалии. Вспоминается рассказ женщины-фронтовички, которая говорила, что самым сильным ее желанием после войны было – надеть юбку, то есть юбки в полевых условиях не были так уж распространены.

  • «Но если девушка не привыкла ходить в юбках (а таких сейчас немало), то ей незачем ходить в церковь, так как дорога ко спасению ей все равно закрыта и она автоматически попадает в разряд лицемеров?»
    Думаю, девушке разумно разобраться — почему она надевает в церковь юбку и платок и считает неприличным идти туда в другой одежде, хотя в «обычной» жизни одевается иначе. Мне как раз в этом видится формализм и фарисейство: одеваться в Храм, «как положено», хотя в Церкви не должно быть ничего случайного, показного, механического. Знаю девушку (впрочем, честнее назвать её всё-таки женщиной — ей под сорок), которая достаточно долго ходит в Храм, но всегда в джинсах и с непокрытой головой. Поскольку она общается со священниками, думаю, этот вопрос неоднократно обсуждался, но всё-таки она остаётся при своём. Думаю, для неё это принципиальный вопрос: она не хочет притворяться, хочет быть цельной, но не изменившись (как надо бы), а оставшись прежней. Но, по крайней мере, в её поведении ощущается какая-то мысль.

    «В Храм приходят меняться не внешне, а внутренне…»
    Конечно, но трудно представить себе, что кто-то серьёзно изменился внутренне, а на его облике это никак не отразилось.

    «Что касается смены образов, когда мы переодеваемся, красим волосы или делаем макияж, то это не более, чем смена формы, которая влияет лишь на то, как нас воспринимают окружающие, а не на нашу внутреннюю суть».
    Непонятно, зачем казаться окружающим тем, кем не являешься? Самое ценное в общении между людьми — это именно внутренняя суть.

    «Если бы, меняя внешний вид, мы каждый раз становились кем-то иным, страшно подумать, что тогда было бы. Тогда бы и актер мог играть роль только в гриме и сценическом костюме. Но ведь это же не так. Актер вполне способен сыграть роль, в которую он «вжился» и без каких-либо внешних атрибутов».
    У Станиславского в книге «Моя жизнь в искусстве» есть интересный рассказ о том, как он никак не мог найти характер для одной роли, и помогла ему в этом в конце концов одна случайная деталь в гриме: «Но тут, на мое счастье, совершенно случайно я получил «дар от Аполлона». Одна черта в гриме, придавшая какое-то живое комическое выражение лицу,- и сразу что-то где-то во мне точно перевернулось. Что было неясно, стало ясным; что было без почвы, получило ее; чему я не верил – теперь поверил. Кто объяснит этот непонятный, чудодейственный творческий сдвиг! Что-то внутри назревало, наливалось, как в почке, наконец – созрело. Одно случайное прикосновение,- и бутон прорвался, из него показались свежие молодые лепестки, которые расправлялись на ярком солнце. Так и у меня от одного случайного прикосновения растушевки с краской, от одной удачной черты в гриме бутон точно прорвался, и роль начала раскрывать свои лепестки перед блестящим, греющим светом рампы. Это был момент великой радости, искупающий все прежние муки творчества». http://modernlib.net/books/stanislavskiy_konstantin/moya_zhizn_v_iskusstve/read_11/ Грим помогал Станиславскому и в дальнейшем при поисках образа, и в любом профессиональном театре и гриму, и костюму придается большое значение, над этим работают режиссеры, актеры, художники по костюму, гримеры.
    У Надежды Тэффи есть рассказ «Жизнь и воротник» — о том, как покупка воротника заставила героиню сначала сменить гардероб, а потом вести себя так, как этот гардероб диктовал ей. https://izdaiknigu.ru/bookread-28154 Рассказ юмористический, но наблюдение совершенно верное. Одежда требует, чтобы ты «обыграл» её и, когда мы покупаем ребенку или дарим кому-то воротничок, джинсы, юбку, шорты, вечернее платье или что-то еще, мы вместе с этим предлагаем и определенный образ.
    Представим себе православную женщину, которая, допустим, искренне стремится к целомудренной жизни. Но, приходя из Храма домой, делает макияж и маникюр — как будто подчеркивая чистоту, за которую борется, легким оттенком блуда… Краска на лице ведь не только делает её привлекательнее для мужчин, но и её саму наводит на определенные мысли и приводит в состояние некого самолюбования, желания нравиться, кокетничать и т. д. А теперь подумайте, что проще: научиться контролировать свои мысли и чувства или просто перестать краситься? Первое — почти неподъёмно, второе — элементарно. Если с отказом от внешнего (допустим, от макияжа) станет хоть чуть-чуть легче побороть внутреннее (мысли, чувства), то внешнее нужно изменять с великой радостью! И, наоборот, бороться с грехом в себе и в то же время привлекать его к себе свой внешностью — вдвойне тяжелый труд, и непонятно, по какой причине нужно обрекать себя на него, тем более что на кону — чистота души и спасение.

    «Фильм «А зори здесь тихие» мне тоже нравится, но в фильмах не всегда отражены исторические реалии. Вспоминается рассказ женщины-фронтовички, которая говорила, что самым сильным ее желанием после войны было – надеть юбку, то есть юбки в полевых условиях не были так уж распространены».
    Не знаю истории военной формы, ничего не могу сказать, но думаю, что, раз в фильме использована именно такая форма, значит, она, по крайней мере, существовала в военных условиях. Если у женщин на войне был выбор — юбка или штаны, значит, режиссер сознательно выбрал именно юбку для создания образа (о чём говорилось выше). Если бы героини фильма были в штанах, это ослабило бы образ.

  • Благодарен редактору за твёрдую позицию в обсуждаемом вопросе.
    «Женщина, красящая лицо свое, великое получит наказание, потому что она дело Божие переправляет, которое совершенно и никакого исправления не требует» (Беседа 17 на евангелие от Матфея св. Иоанна Златоуста)
    «Признак нечестной жены — украшать себя ради того, чтобы нравиться другим и иметь от них похвалу, ибо украшенную жену никто честный не похвалит, но только похотливые и бесстыдные люди» (Беседа 61 на евангелиста Иоанна)
    Св Тихон Задонский, рассуждая, для чего жены свои лица украшают не видит другой причины, кроме, чтобы людям показаться, ибо не для себя они украшаются, поскольку в домах и спальнях своих бывают без украшения, да и тело того не требует, и здоровья краски не придают, разве вредят. «Плохо они делают, что ходят на банкеты, на браки, на комедии, в компании и прочие собрания; а хуже того, когда в церковь святую с той же безделицей входят и так делают храм Божий позорищем.»
    «Истинная красота не с лица, но от добрых и честных нравов познается» (Беседа 14 о женах и красоте св. Иоанна Златоуста)

  • «Думаю, девушке разумно разобраться — почему она надевает в церковь юбку и платок и считает неприличным идти туда в другой одежде, хотя в «обычной» жизни одевается иначе.» Думаю — потому, что так принято и она уважает церковные традиции, святое место и людей, которых могут оскорбить её джинсы в храме. А может просто боится вызвать справедливый гнев церковных бабушек. Справедливый потому, что если разрешить всем носить джинсы в церкви, то, чего доброго, найдутся и такие, кто сочтет возможным ходить туда в лосинах, трусах и пляжных тапочках. «Мне как раз в этом видится формализм и фарисейство: одеваться в Храм, «как положено», хотя в Церкви не должно быть ничего случайного, показного, механического.» Иначе говоря, прежде, чем идти в храм, нужно ждать, когда посетит искреннее желание надеть юбку и платок навечно?
    «Знаю девушку (впрочем, честнее назвать её всё-таки женщиной — ей под сорок), которая достаточно долго ходит в Храм, но всегда в джинсах и с непокрытой головой. Поскольку она общается со священниками, думаю, этот вопрос неоднократно обсуждался, но всё-таки она остаётся при своём. Думаю, для неё это принципиальный вопрос: она не хочет притворяться, хочет быть цельной, но не изменившись (как надо бы), а оставшись прежней. Но, по крайней мере, в её поведении ощущается какая-то мысль.» А, может быть, — поза: мол я считаю, что имею право так ходить, поскольку в Новом Завете нет запрета на ношение джинсов в храме (да и не может быть), а до всех остальных мне нет дела. А платок носить предписано только замужней женщине и тоже — в силу традиций, никак не связанных с верой и спасением.
    «Непонятно, зачем казаться окружающим тем, кем не являешься? Самое ценное в общении между людьми — это именно внутренняя суть.» Я не имею ввиду крайностей. Если нарядиться в маскарадный костюм и сделать боевой раскрас, то, наверное, за всем этим, действительно, суть разглядеть трудно. Но хорший макияж не бросается в глаза, он призван только немного подчеркнуть природную красоту и ту же самую суть. Это касается и одежды.
    «Представим себе православную женщину, которая, допустим, искренне стремится к целомудренной жизни. Но, приходя из Храма домой, делает макияж и маникюр — как будто подчеркивая чистоту, за которую борется, легким оттенком блуда… Краска на лице ведь не только делает её привлекательнее для мужчин, но и её саму наводит на определенные мысли и приводит в состояние некого самолюбования, желания нравиться.» Если в естественном желании женщины нравиться видеть всегда только блуд, то нужно тогда и одеваться так, чтобы уж наверняка никому не понравиться, даже -себе. Как-то становится уныло от этого. На самом деле, если даже женщина носит платок и юбку, то, наверное, надевает не абы какую тряпку на голову и балахон из мешковины, а выбирает что-то покрасивее, что ей к лицу. Зачем? Не за тем ли, чтобы все-таки нравиться?
    Отсутствие макияжа, юбка и платок — не показатель целомудрия. Вспомните дохристианскую Русь. В те времена женщины не знали брюк и косметикой, вероятно, не злоупотребляли, однако же это не мешало им традиционно отмечать отнюдь не целомудренный праздник Ивана Купала.

  • Хочется ещё добавить: тех, кто склонен предаваться греху, не остановит целомудренный вид. Вспомните пушкинского Дон Гуана, который воспламенился от вида одной только женской пятки под «вдовьим чёрным покрывалом». Женщина в длинной юбке, возможно, даже более привлекательна для мужчин, так как в ней больше тайны. А откровенным или экстравагантным видом сейчас никого уже не удивишь.

  • «Иначе говоря, прежде, чем идти в храм, нужно ждать, когда посетит искреннее желание надеть юбку и платок навечно?»
    Думаю, в первый раз в Храм можно хоть в лохмотьях приползти – и будет на Небесах о таком человеке более радости, нежели о девяноста девяти праведниках. Блудный сын пришёл к Отцу в рубище и принял от Него лучшую одежду. Конечно, мы вправе сказать, что это о внутреннем, но ведь в Евангелии внутреннее часто облечено во внешнее, именно так построены все притчи. Сын мог бы то пировать с Отцом в лучшей одежде, то опять уходить к блудницам, стыдливо пряча брачные ризы (его обсмеяли бы в них), но мы понимаем, что он пришёл навсегда и к прошлому возврата нет.

    «А может просто боится вызвать справедливый гнев церковных бабушек».
    Может быть, этот гнев церковных бабушек зародился в те годы, когда окружающий мiр еще не пал так, как сейчас. Тогда всё ещё была нормой женщина в юбке и в платке, но некоторые уже стали носить брюки, не покрывать голову, стричься и т.п. И всё же это было очень вызывающе и для «традиционного» человека являлось сигналом того, что такая женщина пала. Поэтому, если эта женщина входила в Храм, на неё могли смотреть, как на явную бесстыдницу, и возмущаться тем, что свой порок она демонстрирует в святом месте. Сейчас эмансипированные женщины стали нормой, поэтому «гнев бабушек» стал менее понятен (возможно, и для них самих). Он воспринимается, как придирка к тому, что стало нормой, как требование соблюдения формальных правил поведения в Храме, и потому кажется нелепым и фарисейским, хотя когда-то, возможно, был призывом к нравственной чистоте.

    «Если в естественном желании женщины нравиться видеть всегда только блуд, то нужно тогда и одеваться так, чтобы уж наверняка никому не понравиться, даже -себе. Как-то становится уныло от этого. На самом деле, если даже женщина носит платок и юбку, то, наверное, надевает не абы какую тряпку на голову и балахон из мешковины, а выбирает что-то покрасивее, что ей к лицу. Зачем? Не за тем ли, чтобы все-таки нравиться?»
    Думаю, мы утратили вкус к настоящей одежде, не понимаем, как одеться скромно, достойно и в то же время красиво, поэтому на голове у нас и оказываются тряпки. Красота красоте рознь. На иконах не видно женщин с тряпками на голове, мусульманки часто одеты очень красиво и со вкусом (у них традиция не пресекалась так, как у нас). Наверное, мусульманки с детства учатся повязывать хиджаб, чувствуется большое мастерство.
    Девушке, которая хочет выйти замуж, конечно, хочется нравиться, но от того, как именно она попытается нравиться, зависит очень многое. Можно думать, что обладаешь богатым внутренним миром, но выглядеть при этом, как блудница. Тогда в конце концов встретишь человека с соответствующими запросами, и все твои «духовные» богатства окажутся в сточной яме. А если речь не о девушке, а о замужней или одинокой женщине, она, наверное, должна не столько нравиться, сколько производить впечатление достойного человека (и быть им). Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом (1 Пет. 3:3-4). Мне здесь особенно нравится слово «человек» — не «женщина»!

    «Вспомните дохристианскую Русь. В те времена женщины не знали брюк и косметикой, вероятно, не злоупотребляли, однако же это не мешало им традиционно отмечать отнюдь не целомудренный праздник Ивана Купала».
    Язычники тоже были знакомы с целомудрием. Вспомните эпизод из жития святой Ольги, где она (язычница) отвергла нескромные «ухаживания» князя (!) Игоря. Однажды знакомый историк по моей просьбе прокомментировал этот эпизод и сказал, что такое поведение не было исключением для язычников.

    «Тех, кто склонен предаваться греху, не остановит целомудренный вид. Вспомните пушкинского Дон Гуана, который воспламенился от вида одной только женской пятки под «вдовьим чёрным покрывалом». Женщина в длинной юбке, возможно, даже более привлекательна для мужчин, так как в ней больше тайны. А откровенным или экстравагантным видом сейчас никого уже не удивишь».
    Еще бы! Но это «проблема» распутного Дон Гуана, а не вдовы. Вдова была права, надев черное покрывало, а не платье с глубоким вырезом. Думаю, женщина в длинной юбке действительно носит в себе тайну и становится более привлекательной, но не для тех, кто ищет только телесного. Конечно, Дон Гуанов хватает (его только телесным не назовешь — он знаток и душевного), но при встрече с ними стоит дать понять, что покрывало у тебя не только снаружи, но и внутри.

  • Конечно в Храм можно ходить и в брюках и без платка (в наше время тебя не выгонят и даже не выругают) , но такая женщина вряд ли сможет жить полноценной церковной жизнью . Ведь в Церковь приходят не только для того , что бы свечку поставить , помолиться и пойти домой. Храм становится твоим домом ,и ты живешь этой жизнью , и эта твоя жизнь самая настоящая , самая первая , самая важная. А когда ты живешь этой жизнью , то всё что предлагает тебе Церковь ( не навязывает ) становится естественным и полезным для спасения. Такая одежда(которую предлагает Церковь) как юбка , платок традиционна для прихожанок Русской Церкви , она ( одежда ) скромна , удобна , не вызывает похотливых взглядов , не отвлекает от молитвы. И знаете , ведь это ещё один повод для смирения . Утром не одела джинсы, а одела юбку — смирилась .Не намазала губы и глаза опять смирилась . Одела платок , смирилась , ещё и как. Вот вам и послушание и смирение для пользы души. А так ,Церковь ничего не навязывает , и не заставляет , как например в мусульманстве. Это только наша свободная воля послушаться доброго совета, или нет.

  • Марине: «Конечно в Храм можно ходить и в брюках и без платка (в наше время тебя не выгонят и даже не выругают) «. В своём городе я не встречала в храмах женщин без платков, в брюках — приходят, но надевают сверху подобия юбок, которые есть в каждой церкви. Поэтому, думаю, что мало найдется храмов, где на это посмотрят снисходительно. В противном случае, наверное, многие бы ходили в брюках и без платка, потому что многие и ходят в церковь, как Вы говорите, «чтобы свечку поставить, помолиться и пойти домой». Я знаю даже двоих человек, которые слабо верят в Христа, но помолиться ходят в православный храм. Один из них, правда, пробует делать шаги к православию, а другому и так хорошо.

  • Простите, может быть это и не по теме.
    Несколько лет тому назад, летним ранним утром, встретила на улице женщину, проживавшую недалеко от нашего дома.
    Женщина была не пьяная, но высохшая от своего недуга. От подмышек до колен обмотана ветхой, уже не белой полупростыней (плечи оголены, ноги ниже колен оголены, а был ли платочек на голове не помню). Передвигалась она мелкими шажками.
    Увидев меня спросила, правильной ли дорогой идёт в Храм? И получив утвердительный ответ, продолжила свой путь.
    А мне стало её пронзительно жалко, до слёз.
    Ведь и она шла своим путём к Богу!
    Больше я её не видела.

  • Дай Бог, чтобы она дошла! Спасибо Вам за рассказ, Людмила.

  • «Может быть, этот гнев церковных бабушек зародился в те годы, когда окружающий мiр еще не пал так, как сейчас. Тогда всё ещё была нормой женщина в юбке и в платке, но некоторые уже стали носить брюки, не покрывать голову, стричься и т.п. И всё же это было очень вызывающе и для «традиционного» человека являлось сигналом того, что такая женщина пала. Поэтому, если эта женщина входила в Храм, на неё могли смотреть, как на явную бесстыдницу, и возмущаться тем, что свой порок она демонстрирует в святом месте.» Не совсем понимаю, о каких временах речь. Мир пал, когда свершилась революция, но в послереволюционные годы в храмы не ходили, а если где-то все же ходили, то — не те женщины, что носили брюки. До революционной же эпохи вряд ли были «нетрадиционные» женщины, разве что те же революционерки, но они исповедовали другую религию . Позже в СССР нравственные нормы, правда, стали возрождаться, но это были несколько иные нормы, чем те, что были приняты в дореволюционной православной России.
    «Можно думать, что обладаешь богатым внутренним миром, но выглядеть при этом, как блудница.»
    Конечно, можно, но к чему такие крайности? Обычная девушка с неизвращенным чувством красоты, одетая в брюки, и с макияжем давно уже не воспринимается, как блудница.
    «А если речь не о девушке, а о замужней или одинокой женщине, она, наверное, должна не столько нравиться, сколько производить впечатление достойного человека (и быть им).» Но человека без пола не бывает. Мы все либо женщины, либо мужчины, а не бесполые и бесплотные существа. И почему одинокой женщине возбраняется нравиться и хотеть выйти замуж? Что здесь недостойного? Мне напоминает такой подход революционную и раннесоветскую психологию, когда люди обоих полов назывались общим словом «товарищь».
    «Язычники тоже были знакомы с целомудрием.» Несомненно, целомудрие было, есть и будет во все времена. Вот только с модой на одежду это никак не связано.
    «Но это «проблема» распутного Дон Гуана, а не вдовы. Вдова была права, надев черное покрывало, а не платье с глубоким вырезом.» Разве это только его проблема? Мне представляется, что обоих: он соблазнил на грех, а она поддалась соблазну. Конечно, вдова была права, но это не спасло её от греха (результат все равно тот же, как если бы она надела декольте), потому что от него не спасает скромная одежда, так же, как нескромная (условно говоря) не вводит во грех того, кто не желает блудить. Кто чист, тот не запачкается, а свинья, как
    говорят, везде грязи найдет.
    «Думаю, женщина в длинной юбке действительно носит в себе тайну и становится более привлекательной, но не для тех, кто ищет только телесного.» Тех, кто ищет только телесного, людьми назвать затруднительно. Человек же (как правило) ищет и того и другого.
    Нашу дискуссию можно продолжать до бесконечности, поэтому, на мой взгляд, стоит поставить … не точку, а многоточие. Остаюсь пока при своих взглядах. Благодарю всех и в особенности Вас, Ольга Сергеевна, за интересный разговор и терпение.

  • «Товарищи» были мужеподобны независимо от пола, а в Церкви этого нет, во многом благодаря именно юбке и платку. Тем не менее, у души нет пола, и, совершенствуясь как христиане, мы не становимся совершенными женщинами или совершенными мужчинами, но уподобляемся Богу.
    Соглашусь с Мариной в том, что, изменяясь внешне, мы смиряемся и начинаем понимать, насколько трудно даётся смирение (что уж тогда говорить о внутренних переменах!).
    И Вам спасибо за беседу, Людмила Николаевна. Знаю, что переменить свои взгляды очень трудно, особенно если не на кого опереться.

  • Нижний Новгород

    Это просто клад! Очень много для себя здесь нашла, словно глаза стали открываться. Спаси Господи! Надеюсь, выйдет книга, она будет одной из моих любимых. Только одно резануло: » Но как спасаться в суете?» (про детей, бегающих по монастырю). У меня двое маленьких детей, суета непрерывная. Так как же спасаться в суете? Как стать «святой матерью»? Как было бы замечательно, если бы батюшка, может быть, побольше рассказал о своей маме, в пример для нас. Простите, ради Бога, если что не так.

  • Нижний Новгород

    Нашла ответ на свой вопрос «как спасаться в суете» у святителя Феофана Затворника, которого очень полюбила, благодаря этому сайту. Спаси и сохрани, Господи, авторов, создателей сайта на многая лета! Вы Божие дело делаете.

  • «Он < епископ Феофан (Быстров) >вёл дневник. Мне удалось почитать его… Чем дальше он вёл его, тем увеличивались выписки из Свв. отцов; так что в конце его Еп. Феофан выписывал одни выдержки из них. Но очевидно, они отвечали каким-то его личным переживаниям… Потом записи почему-то совсем прекращаются… Вероятно, он увидел, что эти выдержки несравненно авторитетнее, чем собственные мысли».

    Митрополит Вениамин (Федченков). Владыка. Записки об архиепископе Феофане (Быстрове)

Уважаемые читатели, прежде чем оставить отзыв под любым материалом на сайте «Ветрово», обратите внимание на эпиграф на главной странице. Не нужно вопреки словам евангелиста Иоанна склонять других читателей к дружбе с мiром, которая есть вражда на Бога. Мы боремся с грехом и без­нрав­ствен­ностью, с тем, что ведёт к погибели души. Если для кого-то безобразие и безнравственность стали нормой, то он ошибся дверью.

О слово!

Новая книга иеромонаха Романа