МЕНЮ

Ветрово

Сайт, посвященный творчеству иеромонаха Романа

Помощь сайту

В детст­ве я жил во Фран­ции, и у ме­ня там есть зна­ко­мые. Пос­ле тра­ге­дии в Па­ри­же я им ра­зо­слал пись­ма с со­бо­лез­но­ва­ни­я­ми по по­во­ду слу­чив­ше­го­ся, со сло­ва­ми под­держ­ки.

Бо­лее-ме­нее долж­ным обра­зом мне от­ве­тил толь­ко гол­лан­дец, че­го я от не­го не ожи­дал. Он тор­гу­ет бол­та­ми, де­лец-ком­мер­сант, ате­ист. Он на­пи­сал, что Нотр-Дам в его гла­зах — мать всех церк­вей, и по­жар — это ве­ли­кая ут­ра­та и скорбь.

Француженка лет тридцати, тоже торгующая болтами, написала что сгорел памятник архитектуры и литературы.

Моих лет (мне пятьдесят шесть) француз, тоже болтовой, написал что не видит в этом пожаре никакого знака. Отдельной строкой он добавил, что Франция и Европа всегда будут главенствовать в мире в культурном плане.

Ещё один такой же — моих лет, болтовой — написал мне несколько писем, нейтральных, без упоминания духовной составляющей пожара.

Трое же друзей моего детства вообще никак не отреагировали. В соцсетях на их страницах у дамы — про кошечек с собачками, у мужчины — про новый радар на дороге (это в день пожара), у третьего — ничего вообще. Ответили все одним словом: «мерси». Никак не затронул их души пожар в соборе.

Но не всё так мрачно. В тёмное царство Европы ещё пробиваются лучи света.

Случай свёл меня в Шанхае с корреспондентом французского крепёжного журнала Филиппом Мешеном.

Более полутора часов мы беседовали с ним, обнаружив удивительное совпадение взглядов на историю и на мироустройство: на роль евреев, на значение банковской системы, на идеологию и веру.

После пожара в Нотр-Дам-де-Пари он написал: «Куда же делся папа? Его молчание оглушительно!» И ниже — чей-то комментарий: «Да он неверующий!»

На моё письмо г-н Мешен ответил, что «да, многие и тут считают этот пожар божественным знаком».

«Лё Фигаро» приводит реакцию на пожар в мире. Все главы европейских государств, судя по «Фигаро», видят в соборе только культурный памятник. Вскользь упомянул о вере только мексиканский президент, назвавший собор символом «искусства, культуры и религии».

Судя по статье в «Фигаро», только наш Путин и МИД Ирана Жавад Зариф подчеркнули духовное значение собора и пожара. Причём иранец это значение особо подчеркнул и развернул, заявив, что «наши мысли — со всеми католиками», а собор определил как «эмблематичный памятник, посвящённый молитве нашему общему Богу».

ВЫВОД:

Права наша Церковь, заявившая, что для русских пожар в Париже — бо́льшая утрата, чем для европейцев. И что пожар этот является грозным знаменьем.

Вряд ли можно надеяться, что западная Европа сделает должные выводы.

Но мы должны их сделать.

Вадим Рыбин
19 апреля 2019
Сайт «Ветрово»

Заметки на полях

Витрина

Кни­ги иеро­мо­на­ха Ро­ма­на