col sm md lg xl (...)
Не любите мира, ни яже в мире...
(1 Ин. 2:15)
Ветрово. Ноябрь

Мария Майер. Немного о юродстве

Снова и снова перечитываю очерк Ольги Надпорожской «Юродство нашего времени», мысленно возвращаясь в давно минувшие девяностые годы.

Да, тема «платков и юбок» — действительно одна из излюбленных у возмущенных дам, в первый раз перешагнувших порог православного храма и желающих тут же, «при входе», установить свои порядки! А обид сколько на темных вредных бабушек, а гневных отповедей!.. Так или иначе, эта тема касается каждой воцерковляющейся женщины.

Почти двадцать лет тому назад я, став прихожанкой храма святителя Николая в Черкизово, начала повсюду одеваться, как положено православной женщине — и в церкви, и в мiру. Когда впервые появилась на работе в длинной юбке и не сняла с головы платка, нарушила этим положенный дресс-код, чем вызвала возмущение персонала. А главное, что стало для наших «антиклерикалов» извержением вулкана и поводом для травли «свихнувшейся библиотекарши» — то, что в красном углу появилась икона с теплившейся перед нею лампадой: тут же и про пожарную безопасность разом вспомнили, и принудительным обследованием погрозили.

Согласившись унести домой лампаду, Казанскую икону Божией Матери не сняла, юродиво спросив у нападавших, почему это горячо любимому ими Ельцину можно ставить в православных храмах свечи при всех, а мне иметь икону на работе запрещается?! Я тут целый день нахожусь, она нужна мне лично, — кому не нравится, того прошу проходить мимо. А коли вынуждаете убрать икону, то вместе с ней уйду и я.

Совсем неожиданно вдруг меня поддержал начальник — когда никто не слышал, он тихо произнес: «Делай, как считаешь нужным, никого не слушай» — чем буквально меня огорошил!.. То ли мои доводы о Ельцине со свечами его убедили, то ли не захотел менять работника. Икона и теперь на своем месте, не поднялась рука снять её и унести, оставив красный угол опустевшим, когда пришла моя пора распрощаться с библиотекой, уходя на пенсию.

Кроме работы с читателями, в мои обязанности входило проводить экскурсии, поэтому, как только планировалась поездка в Коломну с посещением храмов, я готовила с собою два мешка с выстиранными и выглаженными платками и юбками. Объяснять, для чего это нужно, приходилось, конечно, не один раз. Спокойно и доброжелательно предлагала вопрошающим попробовать зайти в мечеть или синагогу в том виде, в каком они намереваются посетить православный храм — побиение камнями могут себе обеспечить. Проще же было убедить строптивых подопечных зимой, на собственном примере: мой супруг, тоже пытаясь «вразумить», отогнать от храма, переобул меня из сапожек в валенки — коль уж в платке и в юбке, то, мол, и валенки будут кстати! Потому на вопрос, зачем обязательно платок и юбка, объясняла вновь наглядно: человек, мол, я, сами видите, грубый, деревенский, поглядите, во что обута! Допустим, приду к вам в гости, в уютный дом, шагну в комнату не разуваясь, да ещё лучше — со двора, где только что убирала в этих валенках навоз за скотинкой, — вы мне разве не предложите свои домашние чистые тапочки? А я вам отвечу, что мне, мол, так удобнее, привычнее, не стоит беспокоиться, я ненадолго, не навсегда! Просто загляну да и пойду себе назад! Как вам, а? Вы ведь непременно возмутитесь, скажете, что приличные люди так себя не ведут, не так ли?! Вот и в храмах наших есть свой порядок, нарушать который неприлично, даже если зайти туда хотите лишь на минуточку!

Вскоре, помало-помалу, возмущенные вопросы утихли, а со временем стали к нам местного батюшку, отца Михаила, приглашать отслужить молебны, побеседовать с людьми, принять исповедь у желающих исповедаться. И многие бывшие спорщики стали моими любимыми крестниками.

Но… Было и у меня одно «но»… Первые года два после моего воцерковления я никак не могла оставить привычку слегка подкрашивать ресницы… Другим это было незаметно, а я, глянув на себя в зеркало перед выходом на улицу, на работу, хваталась за тюбик с тушью… И лишь побывав в первый раз в монастыре, устыдилась, наконец, своего двоедушия.С тех пор уже в платке, юбке и не накрашенная. Но вот ведь при всей моей не показной решительности не смогла сразу взять и выбросить косметику, потребовалось время…

И ещё помнится, как меня, только-только пришедшую в Церковь, неверующие близкие «пытались спасти от церковного тумана в голове», убеждая, повторяли: зачем, мол, тебе противопоставлять себя «общественности», разве нельзя не менять одежду, а иметь свою веру в душе? Помню свой романтический довод, присущий человеку, долгие годы жившему и дышавшему поэзией: «Я только лишь ещё барахтаюсь в бурном море, надеясь выплыть к спасительному маяку, а для того, чтобы спастись, нужно снаряжение, иначе унесет в другую сторону!» Но до сих пор — отбойные волны (грехи) тащат назад…

Господи, помоги надежде стать верой, не оставь нас, грешных, вразуми идущих к Твоему храму! Матерь Божия, покрой платком веры строптивые наши головы!..

Мария Майер
1 января 2018
Сайт «Ветрово»

Уважаемые читатели, прежде чем оставить отзыв под любым материалом на сайте «Ветрово», обратите внимание на эпиграф на главной странице. Не нужно вопреки словам евангелиста Иоанна склонять других читателей к дружбе с мiром, которая есть вражда на Бога. Мы боремся с грехом и без­нрав­ствен­ностью, с тем, что ведёт к погибели души. Если для кого-то безобразие и безнравственность стали нормой, то он ошибся дверью.