col sm md lg xl (...)
Не любите мира, ни яже в мире...
(1 Ин. 2:15)
Ветрово. Ноябрь

Какая обречённая луна!
Молчит земля тревожно и сурово.
И в Вечность устремилась тишина,
Внимая Откровенью Богослова.

1

Аз, Иоанн, по Бозе общник ваш,
Бых на молитве в Дусе в день недельный.
И слышах глас, яко труба гласящ:
— Аз есмь Грядущий, Первый и Последний.

И обратихся видети — застых,
И видех седмиогненник единый,
И посреде светильников златых —
Подобно Человеческому Сыну.

Глава Его и вла́си, яко дым,
Белее свежевыпавшего снега.
И опоясан поясом златым
Живый во веки, Альфа и Омега.

2

Отверзе Агнец дланию десной
Печати, возглашая: — Виждь и внемли.
И белый конь, и рыж, и вороной,
Почуяв волю, понеслись на землю.

И Он отъял четвертую печать —
Аз имя Смерть прочел на лике бледном.
И бледный конь сидящего помчал,
И глад за ним, и ад идяше следом.

Егда отверзе пятую печать —
Под Олтарем увидех избиенных,
И даша им за велию печаль
Белы́ одежды — облаченья верных.

А за шестою — скорби не вместить.
Аз обозрех смятение в народе.
И велий трус, и солнце мрачно бысть,
И, яко кровь, луна на небосводе.

Падоша звезды, якоже листва,
И небо отлучися, яко свиток,
И всякая гора, и острова
Пучиной восхотели быть сокрыты.

И вся языки, в горы устремясь,
Теснясь в пещерах, вопияли, плача:
— Падите, горы, и покрыйте нас,
Кто может стати против гнева Агнча!

3

Снята́ печать Десницею Святой.
И бысть безмолвье, яко на немного.
И Ангел ста с кадильницей златой
И воскурил молитвами пред Богом.

И фимиам святых прияше Бог.
И ангел, исполняя послушанье,
Олтарний огнь в кадильнице возжег —
Послал земли и громи, и блистанья.

4

И первый Ангел воструби горе —
И град, и огнь, и кровь поверг на землю.
И третия часть древа погоре,
И всякий злак свое утратил семя.

И он преста, и воструби вторый,
И се — гора, огнем жегома, пала.
Погибе третья часть судов и рыб,
И третия часть моря кровью стала.

И третий глас звезду Пелынь низверг,
И та паде свещой горящей в воды.
И третья часть источников и рек
Пелынью ста и смертию народам.

И третия часть солнца, звезд, луны
Затмилася четвертою трубою,
Светила, не имущие вины,
За человеков уязвились тьмою.

И пятый Ангел возгласи трубой —
Паде звезда, и бысть открыта бездна.
И взыде дым, и пру́зи над землей,
Имущи жала мучити неверна,

Подобны ко́нем, на главах венцы
И лица, яко лица человечи.
И в тыя дни взыскуют смерти вси
И не обрящут — убежит далече…

И воструби шестый, и слыша глас,
И разрешиша Ангел при Евфрате,
Да будут лето, месяц, день и час
Часть третью человеков избивати.

5

И знамение велие познах:
Жена явися, в солнце облечена.
И под ногама — полная луна.
И на главе венец от звезд вечерних.

И змий великий, че́рмен, седмиглав,
Стояше пред хотящею родити.
И видех, сей неистово желах
Рожденное Женою погубити.

Но восхищен к Престолу Сын Ея,
Имущий упасти́ жезлом языки.
Жена бежа в пустынные края.
И сотвориша битву змий великий,

Хотяще устоять любой ценой.
И Михаил, и Ангелы святии
Сразились с древним змием-сатаной
И Агнчей Кровью победиша тии.

О небеса! Вас Кровию спасли,
И потому ликуй, на них живущий!
Но горе вам, на мо́ри и земли,
Низвержен к вам рыка́ющий и лгущий.

6

И видех, стоя на морстем песце,
Из моря зверя мерзка восходяща.
Десятирог, и кийждо бех с венцем,
И на седми главах хулу носяща.

Подобен рыси, львиные уста,
Ногой медвежьей брег морской отмерил.
И змий, своею силой напитав,
Даде престол и власть, и область зверю.

И видех аз израненную зле
Главу едину на могучей вые.
Но язва смерти чудом исцеле,
И поклонишася народи змию.

И зверь уста отверзе на хулу,
Хуляше Ангел и Того, Кто свыше.
И вся колена потекли ко злу,
И гна святых, и многих победиша.

И иный зверь, исшедший от земли,
Имеяше два рога, яко агнча.
И гласом змия лесть свою изли
И огнь с небес тому, кто лести алчет.

Клеймяще на деснице иль челе
Звериный знак, тому, кто убоится.
И купля, и продажа на земле —
Печать имущим, верный истребится.

Кто имать ум, внимай. Зде мудрость есть.
Число зверино изочти, считая.
Число его шестьсот шестьдесят шесть.
Не поклонись, погибель обретая.

7

И видех Агнца на горе Сион,
Пред Ним – поющих в ризах непорочных.
И сии вси не знающие жен
И на челех имуща Имя Отче.

И Ангела, паряща в небеси,
Глаголюща ко племенам воззванье:
— Воздайте славу Богу, Богу Сил,
Прииде час Суда и воздаянья.

И Ангел ин глагола вслед его:
— Паде, паде град Вавилон великий,
Что от вина безумья своего
Любодеяньем напои языки.

И третий глас услышах слух земной:
— Кто поклонился зверю — станет слева.
И имать пити ярости вино,
Вино нерастворено в чаши гнева.

И будет огнь безжалостно палить
Запечатленных смертною печатью.
И дым мученья вечно восходить,
И пеплом отзываться на проклятья.

8

И видех облак светел над собой
И Сына Человеческа седяща,
Имеяй на Главе венец златой
И острый серп десницею держаще.

Изыде Ангел и возвыси глас:
— Приспе пора, Царю и Господине!
Посли свой серп и жни, прииде час,
Зане трава земная изсше ныне.

9

И видех ино знамение аз:
Се море, яко сткляно и горяще,
И Агнчу песнь поюще чудный глас
Имущих гусли, на мори стоящих.

Они не отступиша от Творца,
Попраша образ злый и начертанье.
И посему взывали без конца:
— Благословен Дающий оправданье!

10

И велий глас от скинии воззвал,
Глаголющ седмим Ангелам: — Восстаньте!
Идите и излийте седмь фиал
И яростию землю напитайте!

И иде первый Ангел и изли
Златый фиал на горе всем живущим.
И бысть гной зол и лют по всей земли
На людех, начертание имущих.

Вторый на море излия фиал,
И кровью сташа волны голубые.
И третий ангел кровью напитал
И реки, и источники водныя.

Четвертый Ангел солнце поразил,
И бысть ему дано огнем вредити.
И велий зной народи опалил,
И не престаша Господа хулити.

И пятый Ангел гнев изли во тьму
На царство зверя и престол треклятый.
И жваху языки своя от мук,
И ху́лиша Творца от чаши пятой.

И излияся Ангелом шестым
Фиал в Евфрат послушною десницей.
И сотворися путь царем земным,
Да шествуют по дну на колесницах.

И ста седмый, и на возду́х изли.
И быша гласи, громи и блистанья,
И трус велик, и град зело велик.
И ху́лиша, забы о покаяньи.

11

И видех любодейцу на водах
Безстыдну и презревшу наказанье.
И ца́ри, и раби, забыша страх,
Упишася ея любодеяньем.

И дмяся, в червленицу облачась,
Покрыша срам порфирой позлащенной,
И златом, и каменьями гордясь,
Держаще чашу с мерзостью и скверной,

Седяще на исполненном хулы
Червленем звери о десяти розех.
И пеша племена слова хвалы
Пияной сей кровьми святых о Бозе.

И Ангел тайну зверя возгласи:
— Зверь бе и несть, от бездны изыдоша.
Седмь глав — суть горы и жена на сих,
И царие седмь суть, и пять падоша.

И воды, иже видел, — племена.
И розе зверя — царие, и сими
Огнем погибнет велий град — жена,
Имуща царство над цари земными.

12

И с небеси явися Ангел ин,
И землю просвети своею славой.
И возопи: — Паде кромешный сын,
Паде великий Вавилон кровавый,

Бесо́м жилище и нечистых птиц.
Дошли до Бога вси его неправды,
Зело вознесся и повержен ниц,
Да всяк обрящет пепел вместо града.

13

И отворися небо, и по сих —
В червленой Кровью ризе Царь явися,
И видех ко́ней белых и на них —
Небесных воев, облеченных в ви́ссон.

И ста на солнце Ангел, возопи,
Глаголя о́рлям заповедь Владыки:
— Летите, соберитеся на пир,
Да снесте плоти малых и великих.

И видех зверя и царей земных,
На брань текущих, и пророка лжива.
И убиени быша вои их,
А зверь и лгущий в огнь внидоста жива.

14

И прейде небо, и земля сгоре,
И ново небо и земля явися.
И град сходящий свыше обозрел,
И в граде сем нескверн и свят вселися.

И Агнец, Херувимами носим,
И тьму, и смерть отъя – не стаста боле!
Аз, Иоанн, свидетельствую сим –
Грядет Воскресший, мзду носяй с Собою.

***

Внимай, душе, коль можешь понести:
Сегодня ближе, нежели чем было.
И кровью напоенный вещий стих
Уже коснулся скорбного светила.

1991
с. Лисьё — г. Печоры

Заметки на полях

  • Откровение в стихах! Духом Святым положено на сердце отцу Роману. Сказать нечего, лишь священный трепет и ужас. Спаси Вас Господи!

Уважаемые читатели, прежде чем оставить отзыв под любым материалом на сайте «Ветрово», обратите внимание на эпиграф на главной странице. Не нужно вопреки словам евангелиста Иоанна склонять других читателей к дружбе с мiром, которая есть вражда на Бога. Мы боремся с грехом и без­нрав­ствен­ностью, с тем, что ведёт к погибели души. Если для кого-то безобразие и безнравственность стали нормой, то он ошибся дверью.